Я, находясь в состоянии близком к ступору, вытаращился на горящего солдата, и сжимал пистолет так, словно это был спасательный круг. В палатке вдруг настала тишина, шум прекратился, только я осознал это тогда, когда горящий человек, наконец, затих.

— Макс? Ты где?

— Тут… — пробормотал я.

Дмитрий, слегка прихрамывая, выбрался из палатки. Левая щека кровоточила, а на лбу красовалась глубокая, рваная царапина. Его руки судорожно тряслись, а комбинезон, в нескольких местах был заляпан кровью.

— Жесть! — выдохнул он, тяжело опустившись рядом со мной на пол. — Ты как?

— Я его убил!

— Кого?

— Сержанта, — устало произнес я, но потеряв над собой контроль, выпалил. — Зачем он полез? Вот зачем, а? Я же не собирался его убивать. Не хотел, а он полез. Я же предупреждал…

— Успокойся… Макс, это… Да, не игра, не пейнтбол. — Дмитрий с трудом подбирал слова, то и дело сбиваясь. — Но либо так, либо нам отсюда не выбраться. Ты же видишь… Они как звери. Эта ненависть…

— Взять на прицел не сложно, — сам не понимая зачем, я бил костяшками пальцев по доске настила. — Нажать на курок тоже. А осознать, что если ты это сделаешь, то человек погибнет… Его просто не станет. И все! Черт! Закурить бы…

— Ты ж не куришь! — Дима встал, шатаясь, подошел сначала к костру, а затем к убитому сержанту.

— Нервы… Нервы, понимаешь?

— Понимаю. Эба! Сержант, говоришь? Так он живой!

— В смысле?

— Да, живой. Встать пытается!

Сержант, несколько минут назад случайно застреленный мной из пистолета, сейчас лежал на животе и довольно успешно воскрешался из мертвых, пытаясь приподняться, но каждый раз бессильно падая обратно. Отсюда можно было разглядеть небольшую лужицу крови, которую освещала висящая под сводом туннеля лампа накаливания.

— Как же так?

Дмитрий перевернул его ногой. Все лицо и шея были залиты кровью. Пуля прошла навылет, лишь зацепив фрагмент кожи на шее.

— Везучий, гад! Ты ему шею прострелил, и то слегка. Жить будет, хотя колено у него ни к черту… Да и крови с носа натекло…

— Ну, хоть так! — облегченно выдохнул я. Перспектива быть убийцей, хоть и ненамеренно меня не привлекала. — А твой?

— Этот? — он осмотрел обгоревшего. — Да сгорел к черту. Кто ж знал, что он в костер угодит. А, вот зараза, котел перевернул с тушенкой! Жрать хочется! А капитан…

— Что? В палатке ещё и капитан был?

— Ага. Бутылку разбил о тумбочку и чуть не нанизал меня. Да благо под градусом был. Поскользнулся и об угол кровати головой.

— А кровь на комбинезоне чья?

— Его же. Выходит, только этот погиб, и то от костра.

— Аптечку не нашел?

— Угу! — Дима вытащил из палатки сумку с красным крестом. — На спинке кровати висела.