— Где?

— Ну, как где? В реакторе!

— В каком смысле?

— Ну не сам же он взял и вышел из строя. Причина же есть?

— Вы мне скажите… — заикнулся Шульгин, но Дмитрий, неожиданно дал ему пинка под колено. Тот завопил от боли.

— Хорошо, я не гордый, спрошу ещё раз! Что вы сделали с реактором? Ты главный инженер комплекса…

— Мы пытались устранить последствия вашего…

Хрясь! Теперь уже не сдержался Андрей. Хороший удар прямо в челюсть инженер определенно заслуживал. И получил.

— Шульгин! Не делайте из нас дураков… Почему внутри зала не было охраны? Вы были предоставлены сами себе, почему? Вы вовсе не пытались разобраться в проблеме. Реакторы были старые, их давно пора было списывать.

— Так они не единственные на объекте! — вдруг негромко произнес машинист, пристально наблюдая за Шульгиным.

— А? Повтори, что ты сказал?

— Есть другие реакторы. Этот блок — запасной. Был запущен всего пару дней назад.

— О! Новая информация. Пару дней назад? Даже так?

Шульгин молчал, гневно посматривая на машиниста.

— Тогда наводящий вопрос, а что вы там делали с запасными реакторами? И почему же тогда один из них неожиданно оказался аварийным?

— Вам виднее. Вы же постарались…

— Я тебе сейчас ещё по морде дам! — ласково пообещал Андрей.

— Не надо. Ему хватит! Я расскажу,– машинист снова подал голос.

— Хорошо, давай, просвети нас!

— Он не главный инженер, — вдруг заявил парень. — И вообще не инженер.

Шульгина от его слов аж передернуло.

Даже мне стало интересно. Какой неожиданный поворот… Определенная теория уже успела поселиться в моих мозгах ещё тогда, когда мы только распрощались с ним в первый раз, когда эти инженеры бросились исправлять аварию первого реактора. Почему-то, каким тридесятым чувством, я уловил что-то странное. Но она и близко не была похожа на то, о чем говорил машинист. Я сел на перевернутый контейнер и, посветив фонарем в лицо инженера, который оказывается был вовсе не инженером, спросил:

— Рискну предположить, что ты, кем бы ты ни был на самом деле, здесь по приказу полковника Зимина, так?

Шульгин промолчал, а я тщательно подбирал слова, пытаясь правильно выразить свои мысли.

— Значит, да. Ну, раз ты хочешь молчать, я продолжу. Ваш начальник — псих. Он — помешанный маньяк — Зимин, не дождавшись появления реальных диверсантов, решил создать своих?

Шульгин вытаращился на меня, несдержанно ухмыльнулся, но ничего говорить не стал. О, уж он-то знал истину.

— Когда мы тут появились, ты уже получил команду провести саботаж реактора, так ведь? Конечно — так. Рискну также предположить, что настоящий главный инженер был отстранен совсем недавно. А может и вовсе не отстранен! Этого, не знаю. Одно событие легло на другое. Авария произошла тогда, когда мы сидели в камерах. Авария спровоцированная тобой! Занятно. Но непонятно, для чего?