Однако следующие его слова, меня обескуражили.

Слева, снова что-то хрустнуло. Но Штрасс снова не отреагировал. Тот, кто стоял за ним, лишь чуть повернул голову на шум, но этим все и ограничилось.

— Да! Впрочем, мои извинения вам, скорее всего уже не понадобятся. Видите ли, раз этот военный, научно-исследовательский объект все ещё функционирует, то так тому и быть. А вот то, что вы выманили оттуда эту сволочь… — он ткнул стволом в лежащего на земле полковника. — Большая удача! Убив его, я закончу начатое много лет назад дело. Про«Астру» никто больше ничего не узнает. Мы затопим ее, раз и навсегда. Правда, вы этого уже не увидите. Свидетели нам не нужны, ну, вы понимаете, да?

Штрасс поднял дробовик.

Уже собираясь спустить курок, он вдруг обернулся к своему напарнику, собираясь что-то сказать. Лицо неизвестного было скрыто под маской. Как и тогда, в ракетном комплексе.

И в этот момент, со стороны горящей дрезины раздался отчетливый звук заряжаемого оружия. Все мгновенно обернулись на звук. А уже через секунду раздалась пулеметная очередь.

Более двух десятков пуль двенадцатого калибра изрешетили и профессора Штрасса и его таинственного спутника, оставив позади них, на бетонной стене несколько крупных отверстий.

Оба окровавленных тела безжизненно упали на землю.

Я облегченно выдохнул. Хотя, наверное — поторопился.

Из-за горящих обломков дрезины, шатаясь и сильно хромая, показался изуродованный майор. Его лицо было изранено так, что узнать Доронина было весьма проблематично. Его заметно шатало из стороны в сторону, словно пьяного порывами ветра.

— Вы! — произнес он, с хрипом выдыхая воздух.

Мы молчали.

Шок! А что тут скажешь?

— Вас всего четверо… — прохрипел он, сплевывая кровь. — Где девчонка?

— Я здесь! — вдруг раздался ее голос откуда-то слева.

Катя стояла между обломков, держа в руках второй пистолет, оставашийся у Дмитрия. Первый он выронил еще перед самым крушением.

— Подожди… — хрипло пробормотал Доронин, выставив перед собой уцелевшую ладонь, вымазанную кровью. — Не стреляй, не надо!

— Почему это?

— Потому что теперь у меня нет к вам претензий. Теперь я знаю… Вы никакие не диверсанты. Зимин ошибся. Я все слышал.

Девушка опускать пистолет не торопилась.

—«Астра» перестала быть секретным объектом! Вы, можете идти. Я не буду препятствовать.

— Майор, — начал было Андрей и осекся. — Но это же…

— Уходите отсюда! И никогда больше сюда не возвращайтесь. Здесь хорошего уже не будет.

— Вы нас отпускаете?

— Да… — он развернулся и сильно хромая, медленно двинулся обратно, в сторону гермоворот. Затем чуть повернулся и с горечью в голосе произнес. — Простите меня! Простите нас всех!