- Мария, вы говорите на немецком? – Спросил кайзер.

- Не знаю! – Ответила на языке Гёте кореянка, вызвав хохот кайзера и его придворных. Как мне призналась потом Маша, она ответила автоматически, не думая. Я ей напомнила, что так с нами произошло и на Земле-2, где мы неожиданно поняли, что владеем корейским, английским и японским языками.

- Мне мой коронованный брат, русский император, говорил, что вы, Мария и ваша подруга, Джин её кажется зовут, хорошо разбираетесь в европейской политике. Это верно?

- Да, Ваше императорское величество! – Сделали книксен Маша и её подруга.

- Я вас приглашаю завтра, в три часа дня в мои апартаменты. Там поговорим. Со мной будут Бюлов и его заместитель! – Вильгельм кивнул на стоящих рядом с ним разодетых генералов.

- А кто такой этот Бюлов? – Поинтересовалась у меня Маша, когда мы отошли в сторонку от немцев.

- Насколько я помню, это канцлер, как в наше время была Меркель.

- Ого! Какие мы важные птицы! И кайзеры с нами говорят и их канцлеры! – Радостно оскалила зубы Маша.

- Так мы тут принцессы, вот с нами и якшаются власть придержащие. А я тоже по-немецки могу говорить, майн кляйне фроляйн! – Выдала я Рыжику. Маша с удивлением посмотрела на меня, а потом сказала:

- Ну, английский мы тоже знаем, теперь надо проверить, вдруг мы и по-французски стали понимать?

Мы двинулись к французскому посланнику и его людям. Остановились в метре от них.

- Чего этот колбасник звал к себе кореянок? Пьер, узнайте потом от нашего агента! – Вполголоса давал задание своему секретарю француз. – Что вы узнали насчёт переговоров царя и кайзера?

- Тут всё ясно! Я уже телеграфировал в Париж, что русские отказали Германии в союзе. Но есть и неприятное известие.

- Какое?

- Русские не собираются брать новый заём у наших банков.

Мы тихо отошли подальше.

- Значит, и с лягушатниками мы можем общаться! Хорошо! – Обрадовалась Маша.

Бал мы провели, только выпивая шампанское и заедая его деликатесами. На все попытки вызвать нас на танец, мы отвечали отказом. Наверное, заимели себе много недоброжелателей. Да и многие придворные дамы посматривали в нашу сторону и плохо скрываемой завистью и злобой. Все их попытки влезть к нам в доверие за эти дни, что мы находимся в Петербурге, не дали результатов.

После бала мы со своими фрейлинами ушли к себе. На следующий день к нам вначале забежали Ольга и Татьяна. Маша передала им расшифрованные сообщения иностранных посольств своим хозяевам. Потом пили чай. Ольга ушла на урок, а Татьяна осталась, и поинтересовалась:

- А какие у вас в Корее танцы и песни?