— Простите меня, принц, господин капитан над портом представил меня вам с тем непременным условием, чтобы я вступил в должность не раньше, чем вы распродадите груз.

— Вот как? А этот Олле изрядный пройдоха. Впрочем, условие соблюдено, и ничего уже не поправить. Выкладывайте!

— Последнее время зерно сильно подорожало. Еще десять лет назад на амстердамских биржах давали за ласт не больше тридцати талеров, а в мой последний рейс зерно ушло по шестьдесят. И это не предел — полагаю, в ближайшем времени цена поднимется до семидесяти и выше.

— Но это в Амстердаме, а что в Стокгольме?

— Да, вы правы, у нас цена поменьше. К тому же на этот рынок не так просто пробиться, там все свои. Будь вы один из них — вы бы продали по пятьдесят талеров за ласт, но для человека со стороны вы получили весьма недурную цену. Я был уверен, что Юхансон не даст вам больше тридцати. Примите мои поздравления, принц!

Отхлебнув еще пива, я обратил внимание на вошедшего в наш зал человека. Моя недолгая служба научила меня узнавать людей этого сорта с первого взгляда. Это был офицер наемников. Скорее всего, пехотинец — у рейтар и одежда побогаче, и выглядят они попредставительней. Оглядев моих мушкетеров, он громко спросил:

— Эй, ребята! На вас мекленбургские ливреи, вы из людей принца?

— А вам-то что до этого? — тут же откликнулся Кароль.

Наемник, сообразив, что за нашим столом сидят офицеры, подошел поближе и, довольно бесцеремонно оглядев нас, проговорил:

— Я слышал, что ваш принц нуждается в солдатах, и хотел бы с ним потолковать.

— О чем же? — продолжил разговор после моего кивка Лелик. — Я лейтенант его светлости, и все, что вы хотели сказать ему, можете сказать мне.

— Я капитан отряда мушкетеров и хотел бы предложить вашему принцу свои услуги.

— Сколько у вас людей?

— Восемьдесят три человека. Я, мой лейтенант и четверо капралов, остальные мушкетеры.

— Пикинеров у вас нет?

— Так уж случилось.

— А как это вы оказались посреди Швеции и без службы? — вступил я в разговор.

— Сынок, а ты не слишком ли молод, чтобы встревать в разговор взрослых? — недоуменно ответил наемник.

— А вы не слишком глупы, чтобы быть капитаном? — ответил я усмехнувшись.

— Что! Да я тебя! — прорычал он в ответ и, схватившись за шпагу, ринулся ко мне, но тут же остановился, напоровшись на стволы пистолетов, выхваченных моими приближенными. Даже Манфред вытащил свой пистолет, хотя и несколько замешкавшись.

— Вы и впрямь дурак, капитан. Ну да ладно, садитесь. Эй, Мэнни, убери свой пистолет, пока он, не приведи господь, не выстрелил, и налей капитану кружку этого славного эля. Возможно, выпив, он станет разумнее.