На лице мужчины был шок.

— Вы не шутите? Весь офицерский состав? — он сел и начал растирать виски. — Вы правы, Настя, человечеству нельзя давать такие возможности. В одиночку победить целую армию, да ещё и… как вы назвали, консервную банку? — Сотников нервно засмеялся. — Уму непостижимо, чувствую себя неандертальцем, хотя считал себя сильным магом.

— Я вам немного завидую, вам ещё есть куда расти, а вот мои силы, возможно, заимствованы и когда закончится эпопея с Чёрными путами, у меня их заберут, — я наигранно грустно вздохнула, хотелось, чтобы он проникся.

— Разве это возможно? Дары — неотъемлемая ваша часть!

— Одержимые тоже так думали, а пришла я и отобрала. Когда-нибудь я всё вам расскажу, сейчас не время. Мне скорей всего дали сверхсилы только для миссии, и буду рада, если их заберут. Не хочу вас пугать, но я иногда сама хочу всё уничтожить, бесят людишки! — это была правда, когда я в образе Анны, эти мысли часто проскальзывают, и я боюсь, что в один прекрасный момент я поддамся и пойду вразнос.

— Вы не одиноки, я тоже часто горю этим желанием. Это просто усталость. Сколько вы не спали? — я ждала этого вопроса.

— Пару суток, может, немного больше, но перед этим я хорошо выспалась, — я рассмеялась.

— Давайте, Настенька, вы сейчас отправляетесь в спальню, а я пока решу вопрос с местом для нашей консервной банки. Надо же… — Пётр Михайлович помотал головой.

А я уже не могла сопротивляться, реально вымоталась.

* * *

Проснулась я через четыре часа и отправилась в душ. Руны и структуры — это удобно, но не могут заменить удовольствия от самого процесса. Встав под струи, я впервые за долгое время по-настоящему расслабилась.

Намылилась и стала натирать кожу, хотя в этом не было необходимости, я очищала кожу и волосы перед сном. Хотелось почувствовать себя обычным человеком, этими действиями я стирала с себя последствия жизни на том секторе. Да, мне ещё придётся туда вернуться, но это будут командировки, а не заключение.

Вышла и посмотрела на свою курсантскую форму, хоть я её практически не видела, но она мне так опостылела. Но выбора не было, пришлось одеть и изменить на платье, простое серое, как моё любимое.

Когда я вышла, Пётр Михайлович уже был дома. Увидев меня, вначале улыбнулся, потом удивился, глядя на платье.

— Удобно, не правда ли? — я ещё сменила наряд, вначале на чёрный костюм Анны, потом на образ с карнавала. — Но всё это поперёк горла. Хочу побыстрей вернуться к нормальной жизни… Покормите гостью?

— Да-да, конечно, Анастасия Павловна, — Сотников несколько секунд не мог прийти в себя. — Это иллюзия?