Точка приземления тоже была выбрана. Я уверена, что прибуду туда быстрей, ведь у Петра Михайловича мало практики и он сто процентов будет осторожничать.

«– Поехали!» — скомандовала я и взлетела.

Разговаривать в дороге мы не будем, полёта по прикидкам на час.

Я на месте была через сорок минут. Опустившись на опушку леса, недалеко от поместья рода Сотниковых. Мы не просто так сюда прилетели, нужно было соблюсти осторожность. Пётр Михайлович был так занят, что не имел возможности наведаться в родовое гнездо и проведать родителей.

Надзорник подлетел спустя полчаса.

«– Я здесь!» — сообщил он, но я и так слышала, приземление было довольно шумным. Ему ещё учиться и учиться. «– Это фантастика!» — несмотря на предстоящее событие он поделился восторгом от полёта.

«– Говорите, куда двигаться», — мы оставались в невидимости, так что мне нужны были ориентиры.

Обозначив их, мы поднялись в воздух.

В поместье было спокойно, по крайней мере со стороны хозяйственного строения, к которому мы направились. Обычное каменное строение в саду, где хранился инвентарь. Я их видела несколько.

«– Мария любила возиться в саду, я продолжаю следить за её цветами», — поделился Сотников.

Дверь была с противной от особняка стороне, но я всё равно повесила структуру иллюзии, чтобы скрыть наш вход, расслабляться нельзя, не время.

В небольшом помещении был всевозможный инвентарь, а ещё у стены стояла большая тележка. Пётр Михайлович аккуратно её отодвинул и, коснувшись стены, снял иллюзию.

Дверь, массивная, артефактная.

«– Сюда могу зайти только я», — сказал и посмотрел на меня, я не смогла скрыть сарказма и криво улыбнулась. Меня саму иногда пугают мои возможности.

Дверь тихо открылась, вниз вела тёмная лестница. Как только дверь закрылась, вспыхнул тусклый свет, и мы начали спуск.

— Здесь планировался винный погреб, но я нашёл причину, чтобы его якобы заложить. Артефакты покупал незаконно и собирал сам, пришлось очень быстро и многому учиться. В то время я как раз и познакомился с Богданом, — рассказывал хозяин. Мы сняли невидимость, и разговаривать можно было спокойно.

Внизу была большая комната. Медицинский бокс я сразу увидела. Он казался маленьким по сравнению с массивным артефактом, стоящим рядом. Даже не представляю, сколько он жрал чёрных кристаллов, ведь он именно на них работал, уверена, что Сотников покупал их легально, скорей всего тот же Богдан Романович поставлял.

Я подошла, чтобы увидеть будущую пациентку. Излишне худая, жировой ткани словно не было, через истончённую кожу просвечивали чёрные вены и даже мельчайшие сосуды. От той пышущей здоровьем женщины с портрета ничего не осталось. Надеялась, что мозг выжил.