— Звучит заманчиво… Но от пюре я, пожалуй, откажусь.

В глубине комнаты стоял заваленный бумагами стол. Семен Семенович извинился за беспорядок, так как гостей совсем не ждал, и просто смел все со стола в картонную коробку.

Вскоре ужин был готов, но см хозяин дома не приложил к этому никаких усилий. Все действо происходило в металлическом шкафчике. Аромат жаренного мяса приятно щекотал нос и в животе призывно заурчало. Когда Свиридов поставил передо мной тарелку, я еле сдержал вздох разочарования. Отбивная с одной стороны почти обуглилась, зато с другой до сих пор была сырая.

— М-да, все-таки надо заняться печью, а то она постоянно что-то чудит, — усмехнулся Семен Семенович и принялся за еду.

Я тоже для приличия немного поковырялся в тарелке и съел пару кусочков.

— Константин, вы говорили о каком-то письме. Случилось что-то плохое? — настороженно спросил он, когда доел все, что было на тарелке.

— Нет, ничего плохого. Для того чтобы вы поняли, зачем я пришел к вам, то мне придется начать издалека, — предупредил я.

— Хорошо, мне некуда торопиться, — он откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на меня.

Рассказ я начал со встречи с цыганкой, которая объяснила, что за сны я вижу. Затем поведал о книге, которую написал Зайцевич. И о нашей встрече с ним. А потом о своем решении научиться той технике медитации, что помогает разбудить силу и воспоминания о прошлой жизни.

Я видел, как с каждой минутой глаза Семен Семеновича загорались все сильнее. Он явно воодушевился моим рассказом. Поэтому, как только я спросил, поможет ли он мне, как Свиридов ответил с готовностью.

— Все это так невероятно, но тем интереснее! Единственное, что я делал, это помогал пробуждать потерянные силы, но еще никогда не вытаскивал их из прошлой жизни.

— Сколько будут стоить ваши услуги? — осторожно спросил я.

— Да вы что! Никаких денег. Я сам готов вам заплатить за возможность поработать с таким интересным случаем, — он вскочил со стула и направился к этажерке, которая была завалена различным хламом.

О письме он даже не спросил, хотя я рассказал о том, что Зайцевич ему передал послание. Я вытащил его из кармана и положил на стол.

Между тем Семен Семенович махнул рукой и, не отрываясь от поисков, проговорил:

— Расположитесь где-нибудь на ночлег. Можете занять мою кровать, потому что я сегодня спать точно не намерен. Завтра же начнем медитировать, но до этого мне нужно подготовиться. Думаю, здесь могут понадобиться более жесткие методы, чем при обычной потере силы.

— Что за методы? — напрягся я.

— Долго объяснять. Завтра все увидите, — он повернулся ко мне и подмигнул.