По настоянию отца я с раннего детства занимался фехтованием, поэтому без труда отбивал нападение, но сам не стал атаковать мечом. Я решил, что дуэль состоится на моих условиях. Хочет этого Горин или нет. Поэтому отбил мечом очередную стрелу и ринулся к магу воды. Тот не ожидал и даже не отреагировал. Со всего размаху я ударил его кулаком по носу. Студент с криком упал на пол и схватился за лицо. По его шее потекла кровь, пропитывая дорогую рубашку.

Остальные опешили от моей наглости, ведь они думали, что я убегу, а не дам отпор. Я воспользовался затишьем и ударил под дых мага растений, у которого прямо из ладони торчали жгучие лианы, сок которых при попадании на кожу обычно оставлял большие волдыри. Маг согнулся и, хватая ртом воздух, повалился набок.

— Бейте его! — визгливо заверещал Горин и забросал меня огненными шарами.

Призрачный меч почти исчез, поэтому мне надо было действовать быстро. Я не стал тратить время на мага воздуха и сразу бросился к Горину. Тот встретил меня с перекошенным от ярости лицом и горящими руками. Я едва успел отклониться в сторону от удара горящим кулаком, как по корпусу чуть не прилетел второй.

— Ой-ё-ёй, кажется, кое-кто разозлился, — усмехнулся я, уклоняясь от его ударов.

— Я тебя все равно достану, паскуда. Ни один лекарь не сможет тебя вылечить, — тяжело дыша, проговорил он.

Видимо, он не рассчитал свои силы, когда забрасывал меня огненными шарами, поэтому теперь с трудом сжимал кулаки. В это время его приспешник — маг воздуха, решил ударить меня сзади, но я вовремя уловил дуновение ветерка и просто пригнулся. Воздушный кулак пролетел надо мной и ударил по лицу Горина. Тот охнул и без сознания повалился на пол.

— Женька, прости! Я нечаянно! — маг воздуха бросился к нему и начал трясти, пытаясь привести в чувство.

— Ну и олухи, — усмехнулся я и выключил купол.

Когда глаза привыкли к полутьме, я увидел улыбающуюся Лизу. Оказывается, все это время она наблюдала за дуэлью. Если эту вакханалию можно так назвать. Но она была не одна. Рядом с ней стоял Ефим Прохорович. В отличие от девушки, он не улыбался, а наоборот, был рассержен.

— Это как понимать? — строго спросил он.

— У нас были небольшие разногласия, которые мы решили, — ответил я.

— Небольшие разногласия? Четверо на одного? Я это так не оставлю.

Поджав губы и насупив брови, он прошел мимо меня к полигону, на котором Горин уже пришел в себя и теперь ощупывал лицо. Я хотел попытаться отговорить его вмешиваться, но потом решил, что они это заслужили. Пусть сами расхлебывают.

— Горин, я требую объяснений⁈ Вы что здесь устроили? — услышал я сзади голос Ефима Прохоровича.