расползлись уже по половине прозрачной стены, спустя мгновение – еще один вырвавший из преграды приличный кусок. Тюремщик стал отходить от своего непонятного паралича, медленно как в замедленном кино раскрыл рот, и в него тут же влетел осколок, метко запущенный минотавром прямо через дыру. Захлебываясь синей кровью, бедняга вырвал его, и попытался что-то сказать, но из глотки вырвался лишь неразборчивое бульканье. Он кинулся к столу, и не добежал. Преграда пала, уступив грубой силе; рассыпалась по полу мелкими осколками. А узник камеры уже не сидел, он летел, целясь подобранным осколком покрупнее в голову трехглазого и испуская истеричные завывания. Тюремщик такого явно не ожидал, он завопил, давясь мгновенно натекшей кровью, отшатнулся назад, упал, выронил свое оружие и падая приложился головой о угол стола. В потолке откинулся люк, оттуда вылетела подвесная турель и накрыла бегущего гуманоида потоком подозрительно знакомого синего света. Туша брякнулась на пол, так и не выпустив импровизированный нож, проехала за счет инерции и врезалась в многострадального надзирателя. Если он и был еще жив к тому времени, то такой удар явно переломал ему ребра и сплющил грудную клетку. Тревога! Образец покинул камеру! Перехожу на режим изоляции!– провозгласил голос под потолком, и дальний конец коридора перекрыла выехавшая из стены плита. Интуиция подсказала мне, что всех находящихся в этом отсеке загерметизировали намертво. Аошина. В почти таком же блоке, двумя метрами в сторону, у самых дверей, стоит гуманоид и сосредоточенно смотрит на неярко мигающие на левой руки символы. Из запястья выходят два проводка, оканчивающиеся в стене. Внешне инопланетянин ужасно походит на девушку лет двадцати. Невнимательный наблюдатель, не обративший внимание на меняющие форму зрачки, слегка иную форму черепа и наличие пары лишних суставов на пальцах, мог бы счесть ее человеком. Впрочем, не сильно он и ошибся бы. Данная представительница прекрасного пола принадлежала к расе мирцех, являющейся теплокровными прямоходящими разумными млекопитающими, чьи предки занимали ту же нишу что и земные австралопитеки. Симпатичное лицо морщилось в гримасе отвращения, каждый раз при виде новых символов, всплывающих под кожей. Проклятая сеть не сдавалась моим усилиям. Да и что можно сделать, когда из оборудования есть только старенький Лом-8 вмонтированный в кисть руки еще на Цитроне 2? Выйти, наконец, на тот узел, что контролирует орудийную платформу в виварии и поджарить охранника. Жечь буду минимальной