Не удивлюсь, если здесь снова какие-нибудь подземные бункеры имеются. Но я туда не полезу, нет уж. Хватило мне того, что уже со мной случилось.

Я шел, наверное, уже около десяти минут. Пару раз коллектор сужался до такой степени, что приходилось снимать рюкзак, забрасывать его внутрь и протискиваться самому. Но потом коридор снова расширялся, и продолжал двигаться в полный рост.

Отдельный коридор ушел в сторону, и он был гораздо шире, чем основной коллектор. И здесь даже было освещение, лампы висели под потолком, но они не горели. Впрочем, неудивительно, электричества-то нет. Хотя, я уверен, что если там какое-то убежище или бункер, то внутри имеются здоровенные законсервированные генераторы с целыми озерами топлива.

Которое давно расслоилось и превратилось в парафин.

Услышав странный звук, я замер. Звук продолжался и его источник приближался ко мне со спины. Резко развернувшись, я вскинул автомат, но ничего не увидел. А звук, тем не менее, все еще продолжался. Я почувствовал, как сердце застучало чаще, интерфейс перешел в боевой режим, однако на мини-карте по-прежнему ничего не отрисовывалось.

Я посмотрел ниже и увидел бегущих по коридору крыс. Их было три, серые шкурки, острые мордочки, длинные хвостики. Они бежали в мою сторону, две обежали с разных сторон, третья проскочила у меня между ног, через несколько секунд они умчались дальше.

Вот так вот. Царь зверей, мать его. Услышал крыс и чуть в штаны не насрал. Впрочем, а почему бы им тут не быть? Вирус их не берет, это понятно, он действует только на людей и обезьян, которых тут по понятной причине нет. Банально они не водятся, вот и все. Так что они могут спокойно жрать мертвечину. То, что зомби не доедают, им достается. Они ведь своими зубками могут самые мелкие кусочки мяса достать.

Самих их попробуй еще поймать. Юркие, прячутся хорошо, днем на улицу не показываются. Поэтому на них и охотились раньше ловушками, ну и ядом. А яд — это подло. Хотя в той же Новой Москве с ними борются, а они все равно встречаются. На помойках, просто в переулках, в некоторых заведениях, где есть еда и имеются щели достаточных размеров, чтобы в них можно было пролезть.

А если учесть, что в последнее время мертвечины стало много, то они могли и размножаться начать. Сколько у них срок беременности-то? Недели три, наверное. Мы тут уже дольше, так что новое поколение, щедро вскормленное на мертвечине, вполне могло уже открыть глаза. Вот кого-то из них я и встретил.

Ладно, идем дальше, крысы и крысы. Я им все равно не по зубам, разве что сотня или две навалятся. Может быть, это даже и хорошо, если они тут бродят, но ничего страшнее нет.