— Короче говоря, у нас для тебя есть предложение, — сказал пиджак. — Ты останешься в Казани. На полном нашем обеспечении. Мы будем присылать тебе все необходимое дронами. Помимо этого, мы снимем многие ограничения в доступе в сеть. Сможешь пользоваться обычным интернетом, общаться со своими старыми знакомыми, если они еще есть. Доступа к даркнету мы тебе обеспечить, конечно, не сможем…

— Что взамен? — спросил я. — Мне нужно будет делать для вас какую-то работу? Таскать из города то, что еще не вытащили?

— Почти все вытащили, Молодой, — сказал Макс. — А то, что еще не достали, сгнило. Можешь поискать ценности, но мы не хотим, чтобы ты покидал территории Казанского Кремля. Да ты и не сможешь этого сделать, передатчики по всему городу деактивированы, а потом мы перенастроим их на частоту приемников участников второго сезона. Так что…

— Это, типа, тюрьма? — спросил я.

— Ну, сам подумай, какая это тюрьма. Историческое место, один из самых красивых видов старой России. Пришлем тебе все необходимое, обустроишь себе комфортное жилье. Ты же можешь во дворце жить, это тебе не куб четыре на четыре, ну или как ты там раньше жил. Неплохо ведь?

Какого черта? Какого хрена это все вообще происходит? Я ведь подписывал договор, в котором твердо и четко говорилось, что победитель получает амнистию и выплаты. Ну и еще, что он должен будет выплачивать определенный процент со всех рекламных контрактов корпорации, но это уже показалось мне совсем мелочью.

— А как же договор? — спросил я. — Вы ведь понимаете, что если я получу доступ в сеть, то могу нанять адвоката и отправиться в суд. Мне даже выезжать отсюда не придется, найдется куча молодых амбициозных юристов, которые захотят пощупать вас за вымя.

— Ты ведь внимательно читал договор, — сказал он. — Там прямо сказано, что корпорация может менять его в одностороннем порядке. Так что юридически здесь не до чего докопаться, сам понимаешь.

Уроды. Вот сейчас я почувствовал, что во мне снова просыпается ненависть. Я выживал все это время, я потерял друзей, я победил в шоу, и мне даже не могут обеспечить обещанное? Правильно говорят, что нельзя вести дел с корпорациями. Подписывая любой договор, ты продаешь им свою задницу.

Однако я сумел погасить ее. Пусть он думает, что я заперт в Кремле и не смогу из него выбраться. Пусть считает, что корпа уже победила меня. Может быть, получится выудить немного информации.

— Так что вам от меня нужно? — спросил я. — Вы же не просто так собираетесь обеспечивать меня все это время и обещаете роскошную жизнь во дворце.