Плакать тут, в центре заселенного одними зомби города, очень странно. Особенно на улице. Это нужно вообще инстинкта самосохранения не иметь. Что бы не случилось, сперва надо спрятаться, укрыться в безопасном месте, а уже потом можно давать волю эмоциям.

— Кто-то плачет, — прошептала Ника. — Посмотрим?

— Не думаю, что это хорошая идея, — я покачал головой. — Это может быть ловушка.

— Зомби не плачут, — ответила она. — Они вообще звуков не издают.

В этом она была не совсем права. Крысиные короли, например, вполне себе могли кричать, созывая к себе стаю. Но дело как раз в том, что это могли быть люди. Хотя, конечно, странное решение — пытаться поймать кого-то на женский плач. Сомневаюсь, что среди участников шоу достаточно жалостливых дураков, которые на это поведутся. Они скорее воспримут женщину как добычу.

— Идём, — вдруг сказала Ника. — Там кому-то помощь нужна.

— Стой! — сказал я. — Стой, твою мать!

Но девушка, не слушая нас, двинулась вперёд, а потом свернула в переулок, из которого раздавались всхлипывания.

Здесь было что-то не то, но мне пришлось пойти за девушкой, которая ещё и припустила вперед так, что мы с Чехом еле за ней поспевали.

Край сознания царапнуло то, что вокруг не было зомби. Они должны были собраться, пойти на звук, но нет, на этом отрезке улицы не было никого. Небольшая группа толпилась чуть дальше, за перекрестком, но никакого внимания на нас не обращала.

Я повернул и остановился. На земле лежал труп мужчины в стартовом комбинезоне участника шоу. Разглядеть его как следует у меня не получалось, потому что над ним сидела женщина. Вот она-то как раз и рыдала.

Я мог разглядеть незнакомку только со спины. Она была одета в обычную женскую курточку, и на ее спину падали длинные волосы, красивые и шелковистые, чистые на вид. Фигура тоже была ничего, тонкая талия при выдающихся размерах заднице, туго обтянутой брюками.

Меня вдруг потянуло вперёд. Захотелось подойти к девушке, потрогать ее за плечо, может быть, даже приобнять. Утешить или что-то такое.

Я понимал полную иррациональность происходящего. Откуда здесь чистые шелковистые волосы, если нам при даже очень хорошо оборудованной базе удавалось помыться не чаще раза в неделю. Ника так вообще себе волосы не так давно ещё обкорнала, совсем под мальчика. Как мне сказала, неудобно. Мой короткий ёжик уже отрос, конечно, но волосы были сальными и очень хотелось снова сбрить их.

Ника резко остановилось, а меня какая-то непонятная сила потащила вперёд. Я делал шаг за шагом и понимал, что остановиться попросту не могу, хотя следовало бы. А когда я приблизился к незнакомке на расстояние пары шагов, она вдруг развернулась ко мне всем телом.