– Все произошло давным-давно, – начала хозяйка. – Когда дворфы жили в тесных пещерах горы Руарт…

– Борх, раздери тебя дрын, ты куда полез?! – Мощный, практически квадратный дворф, нахмурив брови, следил, как Борх спускается в глубокую расщелину Черная глотка. За многовековую историю народа еще никто не спускался ниже уровня темноты. Туда, где даже брошенные факелы не могли разогнать тьму и показать, что скрывается в этом мареве. Смельчаки, которые спускались ниже роковой черты, больше никогда не возвращались. Тех, кто спускался на веревке, поднимали обратно с полными ужаса глазами. Мертвыми глазами. И вот сейчас молодой глупец решил разведать тайну расщелины. Без страховки, надеясь только на силу рук и врожденную ловкость подгорного народа.

– Отец, я быстро! Я должен узнать, что скрывает тьма. Каким же я буду вождем, если подданные всю жизнь станут смеяться надо мной? Нашему народу нужно знание, и я его добуду!

– Глупец, вернешься – выдеру как сидорову козу, пусть и не знаю, что это такое! – Несмотря на то, что Вождь ужасно переживал за сына, он был горд. Вот уже три тысячи лет дворфы мирились с тем, что в их скалах есть непонятная область, куда нельзя соваться. И теперь его сын, единственный наследник, решился на то, на что была тонка кишка у самых смелых воинов народа, – спуститься в Черную глотку.

– Отец, если я не вернусь, передай Таише, что Борх Сергениус ничего не боится в этом мире. – Бросив прощальный взгляд на отца, юный дворф скрылся в непроницаемой темноте.

– Аргх, чтоб тебя! – Сгоряча вождь бросил топор на землю, но тут же подобрал. Дворф без топора и кирки – не дворф. Позор на всю жизнь. Но каков Бранн! Науськал дочь подговорить его сына, чтобы заставить спуститься в Черную глотку. Прямиком навстречу собственной гибели. И как он сам это допустил? Думал, молодежь просто балуется, проблемы отцов их не волнуют, так нет! Все видят и замечают, глазастое племя! Неужели ради глупого столетнего спора он теперь лишился сына?

Прошло два часа, но мрачная пелена тьмы так и осталась нетронутой. Сын не вернулся. Отец прогнал прочь слезу и отправился обратно в поселок. Он – вождь и его долг – заботиться о народе. Показывать слабость не имеет права, иначе соперники мгновенно бросят вызов. Но почему так предательски подкашиваются ноги, а глаза норовят оказаться на мокром месте?

– Где же наш задохлик? – На входе в поселение вождя встретил зубоскальный Бранн. По сравнению со своими сверстниками Борх действительно выглядел гномом. Практически на голову ниже остальных, у́же в плечах, ест мало, постоянно о чем-то думает, что-то делает. Даже к отверженным кузнецам принялся наведываться, пытаясь понять их секреты. Борху было интересно все, кроме одного: он не был воином. Все, что было связано с оружием, кровью или убийством, было вне зоны его интересов. – Наконец-то отправился на прокорм собакам? Ха-ха-ха!