– Да ладно? Назови правило Кирхгофа.

– Какое из двух? – засмеялась девушка. – Махан, мне нет смысла врать.

– Извини, сглупил. Просто разрыв шаблона произошел: красивая девушка в институте электроники… Ты же учиться народу не давала.

– Ты считаешь меня красивой? – потупила взор Анастария. Ох как играет! Мне до ее уровня еще тренироваться и тренироваться!

– Ну… Ладно, полетел я. Успехов тебе в борьбе с монстрами.

– Подожди. – Анастария встала, сделала неуловимое движение рукой, словно активируя ауру, после чего выдохнула и сладким голосом, который я слышал в амулете, проговорила: – Подари мне фигурки Воинов-орков, а? Они же тебе не нужны, а мне пригодятся.

– Насть, мы же уже это обсудили. – Я вначале не понял, что хочет девушка, а когда до меня дошло, то чуть не перехватило дыхание от возмущения. Она использует свой яд! На мне!

– Ну пожалуйста-а-а! Я буду тебе о-о-очень признательна!

Нда… Все же я был о ней лучшего мнения. Неужели ей эти фигурки так нужны, что готова рисковать?

– Настя… – У меня в голове родился план, но для его реализации мне нужно еще поломаться.

– Маханчик, я тебя очень прошу. Подари мне их… – Настя старалась по полной, даже покраснела от напряжения. Все, пришла пора действовать.

– Настенька… – Я упал на колени перед девушкой. Держись, зловредность. Фигурки тебе нужны? Посмотрим, как смог перенять твои уроки актерского мастерства! – Настенька, золотце, – принялся я делать то, о чем мечтал с того момента, как узнал про эту девушку: захватил ее ноги в объятья и стал подниматься выше, наглейшим образом исследуя игровую куклу девушки. – Настенька…

– Махан, фигурки! Ты забыл? – На лице Насти явно была нарисована гримаса отвращения, но меня это только забавляло. Понимаю, что это цифровая копия девушки, что у нее наверняка отключены фильтры и она не чувствует моего прикосновения, однако глаза же все видят!

Мне потребовалась минута, чтобы подняться на ноги, удерживая Анастарию в объятьях. Девушка даже не пыталась сопротивляться, она была уверена, что я полностью под действием ее яда. Сейчас будет птица обломинго! Хотя, стоит признать, Настя приятна на ощупь!

– Махан! Фигурки! – с нажимом повторила она, когда между нашими лицами осталось буквально с десяток сантиметров.

Наклонившись к уху, я прошептал:

– Хрен тебе, а не фигурки, красавица. Попробуешь еще раз так сделать, позову Вестника и скажу, что ты пытаешься получить контроль над моим персонажем. Рассказать, что будет?

Тут я увидел то, ради чего разыграл весь этот спектакль, ради чего падал на землю. В глазах паладинши рождался страх. Страх того, что она всего лишь пешка в этой игре. Черт, а приятно!