— Выходит, я сделала правильный вывод? Он был бессмертным, но теперь его можно уничтожить?

— Кстати, а почему все называют тебя Сиреной? — тут же влез Плинто: — Поешь красиво? Или как обычно: «я девочка-загадка, никому ничего не скажу»?

— Все верно, Паладин-Генерал Элуны, — Корник попробовал присесть, но сил на это, несмотря на практически полное выздоровление, не было. — Рог Единорога не может никого уничтожить, но искоренить неприкосновенность в его власти. С текущего дня Гераника перестал быть богом, и даже непонятный источник его не спасет: частичка рога поселилась в нем навечно. Как я понял, ты скрываешь от других свою особенность… Поверь старому больному гоблину — это глупо. Один слух о том, что Сирены еще живы, может породить очень интересные события. Подумай над этим…

Не понял, это что, Администрация игры через Корника только что открытым текстом заявила Анастарии, что факт открытия ее расы приведет к получению задания? Хм… Похоже, девушке удастся зацепить еще какую-то цепочку, сценарную или обычную… Блин, и делать она ее будет, естественно, в Фениксе. Нужно поговорить с Настей на этот счет, может, и нас пригласят…

— Благодарю, Предвестник, — видимо, мысли Анастарии текли в таком же направлении, так как она поклонилась Корнику, даже оторвавшись от освобождения Ишни. — Я обдумаю ваши слова…

— Что касается тебя, предавший дважды, — как только последний зажим, удерживающий гоблина, отошел в сторону, карие глаза Предвестника уставились на меня. Тяжелый, недобрый, совсем не похожий на привычно ехидный взгляд пронзал насквозь. — С тобой предстоит долгий и обстоятельный разговор. Ты объяснишь, почему умерли Ялининка и Алмис, после чего перенесемся к Реноксу, где ты расскажешь, отчего его сын навсегда покинул этот мир.

— Учитель… — попробовал я оправдаться, но Корник сразу же меня прервал…

— Ты не достоин того, чтобы называть меня так! — и откуда только силы взялись у этого НПС. — Ты не заслуживаешь ни звания Великого Шамана, ни Тотема-Дракона, ни того, чтобы тебя вообще учили! Ты предал все, во что верил, продавшись на посулы Гераники! Я оплакиваю тот день, когда прилетел в Дальгор, обрекая Алмиса на бесславную смерть… — после этой тирады Корник резко вскочил на ноги, пробормотал что-то вроде «Прости, Ишни, не могу…» и исчез.

— Плинто, держи дверь! Мелкие — помогайте воплощать Тени! Барса, переключись на Единорога, мне не нравится его единица Жизни. Махан! После будешь горевать об упущенных возможностях класса! У тебя свитки есть? Лечи Ишни.

Раздав всем команды, Анастария вновь вернулась к распутыванию Единорога. Едва отошла последняя трубка, скрывающая ужасную рану на голове Ишни, как ноги Сердца темного леса подкосились и Единорог завалился на пол.