Почему в своё СССР так ратовал за национализацию Египтом Суэцкого канала? Да всё потому же. Чтобы выбить из рук англосаксов козырь. Ибо нефиг!

Нет, обладание проливами не даёт абсолютных гарантий владычества над всем миром. Но сильно его облегчает. Это как в войне захват крупных транспортных узлов, важных высот, портов. Вот если бы в Великой Отечественной войне датскими проливами владели союзники, то голода в блокадном Ленинграде не было бы. Условно говоря, два-три крупных сухогруза и трёхмиллионный город спокойненько зимует. Утрирую, конечно, но если посчитать, то одного достаточно крупного судна, скажем, в десять тысяч тонн грузоподъёмностью, хватило бы всему городу на неделю при норме пайка в полкило. Это не жалкая осьмушка, прожить можно.

Ленинград был блокирован не только с суши, но и с моря. Поэтому такие жертвы и были. Там, конечно, хватало всего. К примеру, Бадаевские склады сразу разбомбили, и это было упущением советского руководства. Сложили все яйца в одну корзину…

К чему я это всё? А к тому! Чтобы контролировать весь мир, надо брать под свою руку проливы. Либо искать обходные пути.

Откладываю планшет. Хватит на сегодня. Запрыгиваю на турник и прочие гимнастические выкрутасы, на которых уже болтается Кирюха. Надо научиться на одной руке подтягиваться, вот настоящее достижение…

7 сентября. Школа. Нежданная радость

Перемещаемся из кабинета географии в математический. Математику ведёт Людмила Петровна, красивая и блондинистая молодая дама со стервозными манерами. Некоторые в моём классе её побаиваются. Даже Катя, королева и радикальная отличница, слегка нервничает. Однако всеобщий пофигизм остальной компании — ультимативное успокаивающее средство.

Как-то малость утихают наши молодецкие забавы на переменах. Перемены маленькие, пока передислоцируешься, времени не остаётся. Разве только друг на друге покататься, как мы, мужская часть класса, сейчас под хихиканье девчонок прогарцевали небольшое расстояние. Кабинеты в одном блоке располагаются.

Кажется, никто не замечает, как в гомонящий класс заглядывает брюнетистая голова какого-то парнишки. А нет, Димон тоже засекает.

— Гля, Витёк, позавчерашний! Которого мы сушиться повесили! — И гогочет. Тем самым грубо демаскируя нас. Впрочем, мы не прячемся…

— Вот они! — Чернобурый малец вульгарно тычет в нас пальцем с оглядкой назад и по-хозяйски входит. За ним вваливается пара верзил. Навскидку восьмиклассники. Такие же радикально черноволосые и на вид крепкие парниши.

Класс затихает. Быстро переглянувшись с Димоном с интересом наблюдаем за… а кто они? Парламентёры? Карательный патруль?