— Да. Две задачки, правда, не смог решить, — кидает на меня хитрый взгляд. Улыбаюсь. Вот же хитрован!

— Если не смог, то почему зачёт стоит? — придирается декан.

— Помилуйте, ВасильВикторыч, — всплёскивает руками препод, — их никто до сих пор не решил! Если бы я сам сподобился, то… нет, на докторскую не потянет, но основание для звания «профессор» у меня бы появилось. А остальные девяносто восемь задач он сделал. Правда, я не все проверял, только самые сложные, но ни одной ошибки не обнаружил. Его тетрадки с задачами у меня лежат.

— Ага! — вскрикиваю уже я. — Я сразу заподозрил, что вы всё не проверяли!

— Мы обсуждали это, Колчин.

— Если решу за время учёбы хотя бы одну из тех двух, с вас причитается! — по простецки тычу в него пальцем.

— Согласен! — опять хохочет. Ничем его не проймёшь.

Декан, а тем более староста и секретарша, все они слегка чумеют от нашего вольного общения.

— Хорошо, — заключает декан. — Вы помогли нам развеять сомнения, ВалерьВасильевич. Вы свободны.

— А можно остаться? — неожиданно просит препод и получает разрешение.

Декан меж тем звонит на другие кафедры. Кого-то нет на месте, кафедра теории вероятностей отзывается.

— Да-да, я всё понял, спасибо, — беседу декан заканчивает быстро. — Ну, здесь хотя бы понятно. Раз вам, Колчин, давали теорию вероятностей в рамках подготовки к олимпиаде, то почему бы и не сдать. А вот с английским сложнее, вам надо переводы технической литературы делать по разным кафедрам. Норма для зачёта — не менее двадцати тысяч знаков…

— Так давайте я его снабжу, ВасильВикторыч! — тут же предлагает Рожков. Ох, и жук, ох, и хитрован! Я так понимаю, полезнейшая для кафедр работа и тут ему подворачивается подкованный Колчин. Кафедрам — бесплатный перевод, студентам — зачёт. Так можно жить, платя за чужой и тяжкий труд всего лишь подписью.

— Пойдёмте, Колчин, — предлагает препод и встаёт.

— Я к вам зайду. У нас тут нерешённые вопросы остались… — Рожков всё-таки уходит, но не сразу.

— ВалерьВасильевич, тексты должны быть с разных кафедр, — предупреждает декан.

— Так я ему по разным предметам дам. По математике, ядерной физике, механике…

— Хорошо, хорошо…

Когда весёлый Рожков уходит, декан мрачнеет.

— Что делать, ума не приложу…

— Как что? — удивляюсь я. — Во-первых, старосту гнать из старостатства. Как не оправдавшего высокого доверия.

— И кого поставить? Давай тебя в старосты, — предлагает декан, — раз ты шустрый такой.

— Меня никак нельзя, — рассудительно отвергаю предложение. — Во-первых, общественная нагрузка и так велика…

— И какая у тебя нагрузка? — мрачно интересуется почти староста.