— Какая толпа? — я запихиваю деньги обратно в мешок и смотрю на итальянку

— А ты выгляни в окно

Мама родная! Я смотрю вниз и вижу, что вся улица перед Савоем запружена толпой народа. Автомобильное движение остановлено, вход в отель патрулируют полицейские. В руках у молодежи самодельные плакаты. Вижу надписи «Red Stars», «I love you, Victor!» и разные другие милые приветствия.

— Сколько же тут фанатов…

— Вот-вот. Тебе теперь никуда не пройти без охраны

— Почему мешок принесли к тебе в номер?

— Не знаю. Может персонал видел, как ты поднимался ко мне?

Эх… Спалили нас. Консьерж сольет в газеты, те раструбят на весь мир. Вера и Альдона устроят мне бойкот. Это минимум. Или в респектабельном Савое персонал хранит молчание? Я подхожу к столу, наливаю себе апельсиновый сок. И что теперь делать? Не стоит еще забывать о распятии, что Леха вчера увез в моем рюкзаке обратно в номер. С ним что делать? Да за мной теперь куча фанатов и папарацци будут ходить по следам — тут уже не до тайников. Тяжело вздыхаю.

Анна умывается в ванной, я же быстро одеваю свой смокинг, а экзотическую блестящую бабочку бросаю на стол. Эх, помялась то как… Перезавязать бы ее, ну да ладно. Черт, как же неудобно перед Львовой. Ну что мне стоило повесить ее вчера вечером, а не бросать в порыве страсти на пол. Ведь это же раритетная вещь, через пару лет можно будет продать на аукционе. Да даже сейчас фанаты с руками оторвут. Из ванной появляется Анна. Девушка выглядит так свежо и невинно, что у меня опять появляются посторонние мысли.

— Дорогая, а нам не пора подкрепиться?

И снова у нас совместный завтрак, снова заботливый уход Анны за моим горлом, и чтение утренних газет. Только теперь на первых полосах всех без исключения газет — вчерашний концерт Красных Звезд на Уэмбли. Даже консервативные «The Daily Telegraph» и «The Daily Mail» были вынуждены написать о нас в связи с посещением мероприятия наследным принцем Чарльзом. Пусть и скупо, но они похвалили группу, отметив, что молодые советские артисты держались непривычно раскованно, и музыка была выше всех похвал. Ну, вот дожили…! Анна старается казаться веселой, шутит, но в глазах ее печаль. Я не знаю, чем мне утешить. После завтрака устраиваемся в обнимку на диване в гостиной и долго сидим молча. К чему слова, если и так все понято… Я задумчиво перебираю ее тонкие пальцы, унизанные кольцами — два из них мои, и Анна носит их теперь, не снимая…

— … Знаешь, когда вчера я увидела тебя в форме летчика, я вдруг подумала, что моя жизнь теперь стала похожа на жизнь невесты военного. Ты как будто постоянно в командировках, а я живу от встречи до встречи с тобой…