Но зато, каким фееричным было окончание вчерашнего вечера! Конечно, далеко мы с Алькой не уехали — остановились у ближайшего сквера, потушили огни. Вокруг, никого и темнота. Которая, как известно — друг молодежи.
— Ты зачем Веру ударила? — сразу решаю показать, кто в доме хозяин я — Да еще по лицу!
В отблесках фар встречной машины вижу, что на скулах девушки появились красные полосы.
— Ты же тхэквондо изучала, со спецназом тренировалась — я кладу руку на бедро Альдоны, провожу влево, задирая короткую шелковую юбку. Под ней… ничего! Ни чулок, ни колготок. Лишь прохладная, гладкая кожа.
— Зафиксировала бы ее на болевой и всех делов — я продолжаю двигать ладонь вверх
— Что ты делаешь⁈ — девушка отталкивает мои руки, но ее бурно вздымающаяся грудь мне говорит о совсем других желаниях.
Я впиваюсь поцелуем в шею Альдоны и крепость сдается. Соскучившаяся по мне Алька — это что-то фантастическое! И заднее сиденье «Волги» оказалось не в пример удобнее, чем в «Жигулях». Короче, обновили машину. Потом немного передохнули и еще раз обновили, чтобы уже наверняка.
Крутясь под душем, я прихожу к мысли, что мою ледышку-латышку вчера словно прорвало. Это уже и не ледышка была, а ненасытная валькирия какая-то! Такой бешеный темперамент в ней проснулся, такая страсть… Вот вспомнил сейчас, что мы с ней вытворяли, и низ живота тут же наполнился приятной тяжестью.
А нашу с Алькой встречу надо повторить, причем в самое ближайшее время. Толком мы так и не поговорили, некогда нам было. Но уже по дороге домой я успел честно рассказать ей, как все было с терактом на самом деле, без всяких прикрас и недомолвок. С трупом официанта, с побоями, с простреленной рукой принца Филиппа, кровью и прочими мерзостями.
— Значит, все же они за нами охотились…
— За нами. Но что-то у них пошло не так, видно они очень торопились. Из лифта вместе со мной в холл выходили две девушки. Наблюдатель мог просто принять их за вас и дать террористам отмашку.
— А все же жаль, что меня там не было…
— Нет, не жаль! Слава богу, что эти идиоты так промахнулись. Я бы не смог стерпеть, если бы эти твари начали вас бить, и чем бы все закончилось, неизвестно. Вернее известно — там бы меня и пристрелили. Перед автоматами мы все беззащитны…
Машина уже стоит у нашего подъезда, и мы, молча, смотрим в глаза друг другу
— Я же могла потерять тебя…
— Могла. Но я вернулся. Потому что кто-то очень меня ждал…
Прощаться не хочется, но приходится. В окнах нашей квартиры горит свет, мама ждет меня… Я понимаю, что наш разговор с Алькой еще далеко не окончен, и отвлекаю ее нежным прощальным поцелуем.