Подтанцовка в этом номере состоит из трех девушек тоже загримированных под японок, одетых в традиционные кимоно и японские сандалии на платформе. В их руках яркие японские бумажные зонтики. Мелко семеня, они, то выстраиваются в одну линию, вращая свои зонтики, то встают за спиной друг друга, синхронно отклоняя их в разные стороны в такт звучащей музыке. Плавные движения их рук завораживают, временами они застывают, становясь похожими на разрисованные фарфоровые статуэтки. К началу второго куплета звездочки выстраиваются в ряд и под музыку изображают предполетный инструктаж пассажиров, сопровождая его профессиональными жестами рук, хорошо известными всем авиапассажирам. Их жесты отточены, синхронны, с лиц не сходят сияющие улыбки. В их руках, словно из воздуха появляются ремни безопасности, с которыми они устраивают настоящее шоу. Снова припев, и снова в центре внимания «японки» в кимоно, только теперь в их руках японские веера, расписанные цветущими ветками сакуры. В конце песни наши «стюардессы» опять совершают свой триумфальный проход по подиуму, вскидывая руки к пилоткам в прощальном жесте. Публика, предчувствуя финал песни, взрывается восторженными криками, даже не дожидаясь последних аккордов песни.
Пока публика беснуется, требуя еще одного прохода «стюардесс» по подиуму, я успеваю за кулисами скинуть китель с рубашкой и натянуть на себя свою знаменитую черную футболку с Лениным. Несколько быстрых глотков минералки и я готов к выходу. Девчонки отправляются переодеваться и готовиться к новому номеру — до окончания концерта они будут в длинных платьях. А я занимаю место рядом с музыкантами. Беру в руки микрофон и толкаю короткую проникновенную речь о том, как хрупок этот мир, о том, что мы должны беречь его не только для себя, но и для будущих поколений. А значит, настал час сделать шаг навстречу друг другу…
Снова гаснет свет на арене, с тихим шелестом включаются генераторы дыма, и по сцене медленно стелется туман, слегка подсвеченный синевой. Тут мне не вовремя приходит в голову шутка про два килограмма анаши в дым-машинах. Смех так и рвется из меня — сказывается нервное напряжение. И лишь огромным усилием воли, я сохраняю на лице возвышенное выражение.
Сразу вместе с туманом на заднике вспыхивает рубиновая звезда и раздаются первые аккорды «Wind Of Change». Их сопровождает печальный и виртуозный свист Коли Завадского. Публика затихает, внимательно вслушиваясь в грустную красивую мелодию… Мягкий свет софитов выхватывает меня и группу музыкантов — Роберт за ударными, клавишник и два гитариста. Эта песня — звездный час Николая… Наша версия скорпионовского хита более лирична и спокойна, в ней нет надрыва, но в ней и нет места женским голосам, это чисто мужская и немного печальная баллада…