— Оптимисты хреновы — выругался Романов — Ничего не понимают в политике, победителями себя уже назначили.

— Разве это не так?

— Не так. Считай сам. В ЦК — 287 голосующих членов. Всяких кандидатов с правом совещательного голоса мы не учитываем. Из этих 287-ми — я точно контролирую 9 «ленинградских» голосов, Гришин — 7, Машеров — 5, Щелоков — 3, Пельше −2!

— Так мало⁇ — поразился я

— Плюс к нам примкнул Устинов. Дмитрий Федорович может поручиться за 18 голосов. Это в основном генералы, командующие округами… У них правда, с дисциплиной все хорошо — задумчиво произнес Романов — Итого, 43

— А теперь считаем у Громыко. Сам он через разных полномочных послов имеет 18 голосов. Назначенцы Суслова дадут ему 12. Аппаратчики Черненко — еще 10. Наконец, Кунаев с Щербицким. 10 и 21.

— У «хохлов» так много голосов в ЦК? — в очередной раз удивился я — Больше чем у армии?

— Хрущев был с Украины, Леонид Ильич тоже из-под Днепропетровска. Сколько их знакомых и друзей пошли по партийной линии — не мне тебе говорить. Перекос с этим, конечно, есть. И большой. Все дотации — Украине. Крым — Украине. Недавно украинцы себе даже отдельное министерство внешней торговли хотели выбить. Большой скандал на Политбюро был.

— Итого, у Громыко 71 голос — подсчитал я — А где же остальные 160 с лишним голосов?

— Семьдесят человек — это первые секретари областных и краевых комитетов КПСС. Как они проголосуют — никто не знает. Обычно их никто и не спрашивал. На Пленум уже выносился готовый список кандидатур членов Политбюро и одну кандидатуру Генерального секретаря. Так было, когда Лёня топил Шелепина и Семичастного.

— А где, кстати, представители КГБ?

— От Комитета в ЦК только Андропов. Так еще Хрущев завел. После Сталина и Берии все боялись усиления политического веса органов. Поэтому ни у Андропова, ни у Щелокова своих людей в ЦК почти нет.

— Ладно, региональные секретари, а куда пропали еще 110 человек?

— Да не пропал никто никуда — поморщился Романов — У Косыгина 45 голосов. Большей частью министры. Союзные и РСФСР. Но он уже сказал, что ничью сторону не примет и его люди будут голосовать, как захотят. Оставшиеся шесть десятков — это разные сталевары, доярки, бригадиры-передовики. «Стахановцы» одним словом.

— Больше половины Центрального комитета никогда не голосовали самостоятельно и кого они выберут неизвестно — подытожил я про себя, останавливаясь возле сугроба. Февральский снег был мокрым и я с удовольствием начал лепить снежок.

— Громыко и его сторонники сейчас окучивают региональных секретарей — они знают о случившимся с Леонидом и уже слетаются в Москву — Романов тоже начал катать снежок — При обычном кворуме 260–270 членов ЦК, ему для победы нужно всего полсотни голосов.