Вообще, ситуация странная. Самая читающая в мире страна не может обеспечить население книгами. Народ сдаёт макулатуру, чтобы получить право на покупку книг. С моим будущим журналом просто беда. Газеты и журналы печатаются на бумаге очень низкого качества. В Союзе, оказывается, нет хорошей бумаги. Вот и думаю, как решить эту ситуацию.

-А что с вашим фильмом, Алексей? — продолжил допытываться собеседник, которого я наконец узнал, — Столько слухов о будущей совместной работе с французами.

Тут уже подтянулись и остальные присутствующие. Забавная ситуация. Наша съёмочная группа тоже вначале неадекватно реагировала на иностранцев. Будто дикари какие-то.

-Дались вам эти французы, — отвечаю с улыбкой, — Обыкновенные люди. Съёмки шли в рабочем режиме.

-Но ведь Демонжно! — впервые за вечер улыбнувшийся Губанов сделал жест, изображающий гитару, — Ну и вообще, она, в роли миледи Винтер — это шедевр!

-И что там такого необычного?

Басилова тихо зашла в комнату и иронично смотрела на мужа. Тот сразу стушевался, но быстро пришёл в себя и поспешил взять поднос с канапе с бокалами. Вслед за хозяйкой в помещение вошёл пожилой мужчина классической интеллигентной внешности. Товарищ вежливо поздоровался и присел рядом с Алёной. Чуть позже меня позвали в их небольшой кружок.

-Алексей, думаю, не надо представлять Дмитрия Сергеевича, — улыбнулась Басилова, — У профессора есть к вам несколько вопросов.

-Да, молодой человек, — немного в старорежимной манере произнёс Лихачёв, — Посмотрел я недавно три серии вашего фильма, и был просто огорошен. Нет, сама подача исторического материала необычная и захватывающая. Но откуда такие данные по Рюрику и Олегу?

В общем, неплохо я так пообщался со специалистом по Древней Руси. Немного поспорил, в чём-то согласился. К нашему разговору присоединился Фоменко, тот самый блондин, которого я узнал. Пётр в истории особо не разбирался, ему были интересны детали создания фильма. Он ведь театральный постановщик, многие считают Фоменко самым настоящим гением. В прошлой жизни мне удалось посетить один из его спектаклей, и впечатления были самые позитивные.

Хорошо иногда оказаться в такой атмосфере. Поговорить о чём-то важном и одновременно ни о чём с интересными людьми. Послушать рассуждения людей и их видение ситуации. В общем, отдохнул морально и просто подзарядился позитивом от приятных собеседников.

А затем группа товарищей взяла и всё испортила. Губанов вдруг громко завёл разговор об аресте Буковского. Оказывается, они давние приятели по «Маяковке» и участвовали в какой-то демонстрации. Заодно СМОГовцы насели на меня — мол, типа, как я отношусь к аресту какого-то Гинзбурга, Галанскова и Ко. Я мельком слышал эти фамилии, всё-таки в киношной среде подобные вещи обсуждаются гораздо больше, чем на каком-нибудь заводе.