— Угу, не только насмотрелся, но и настрелялся. С восемьдесят первого года на этой проклятой земле, уже достало все. Считай перейти через вон ту гору и ты в Афгане.

— А какие они? — вдруг спросил Куртов.

— Дикие, не образованные! — усмехнулся один из постовых. — Они ж как партизаны. Ударят и бегут. Открыто воевать не хотят, потому что понимают, что их сметут. У нас танки, вертолеты, артиллерия…

— Коварные, твари! — не сразу, но все-таки ответил наш старшина. — Вроде смотришь, мирный житель, стоит и улыбается. Только отвернулся, а он автомат достает и тебе очередь в спину. И дети у них такие же. Особенно нужно подростков опасаться. Поэтому никогда не поворачивайтесь к ним спиной и всегда держите их в поле зрения.

— А из-за чего вообще война началась? — спросил Лаптев.

Повисла пауза. Немного подумав, старшина тактично ответил:

— А это ты у товарища Брежнева спроси. Или Андропова.

— Так они же уже того… ну… — замялся солдат.

— Стало быть, правды ты не узнаешь… И вообще, Лаптев, ты чего такой любопытный?

— Да я так, для кругозора.

— Интересно, а что они о нас думают? — вдруг спросил Куртов.

— А ничего хорошего. Когда наши войска вошли в Афганистан, оппозиция объявила о джихаде. Если перевести на наш язык, то против советских войск ведется священная война. Мы для них неверные. А так как они крайне религиозны, то обязанность каждого мусульманина бороться с неверными, до самой смерти. Поэтому, будь уверен, если ты не дай бог, встретишь в горах моджахеда, он захочет тебя убить, даже если сам при этом погибнет. Потому что ты для него враг.

Больше неуместных вопросов не возникло и дальше шли молча.

Прапорщик отвел нас за остатки строений, где среди камней оказалось что-то вроде расчищенного места. Немного пройдя вперед, мы вышли к небольшой пещере, вход в которую был завешен дырявым брезентом. У входа было кострище, над ним стояла тренога. Рядом закопченный чайник, какая-то погнутая тара из непонятного металла. В общем, все следы человеческой жизнедеятельности.

— Там кто? Пещерный человек? — пошутил Самарин.

— Эй, бача! — крикнул наш проводник. — Бача, выходи!

Некоторое время было тихо. Было ясно, что в пещере не советский человек. А учитывая условия проживания вокруг, сложно было сказать, кто именно там обитает.

— А что такое бача? — тихо спросил Самарин.

— Друг означает, — коротко ответил старшина. — Ну, это как пароль. Для тех, кто на нашей стороне, бача это друг и торговец. Еще шурави. Причем и они нас и мы их так называем.

Через несколько секунд полотно приподнялось и оттуда показался заросший седой старик. На вид ему было лет восемьдесят, а то и больше. Те, кто живет в горах — долгожители и для них восемьдесят лет это совсем не много.