Игнатьев кивнул.

— Ну да, есть такой. А в чем проблема?

— Проблема не в нем, но с него она началась. Понимаешь, пару месяцев назад в одной небольшой воинской части на границе Таджикской ССР с Афганистаном произошел ночной инцидент. Душманы перешли горы и влезли в часть, намереваясь подорвать самодельными взрывными устройствами склады с вооружением. В ночное время суток. И у них бы все получилось, если бы не одно «но». Вмешался молодой солдат. Как он узнал, почему так получилось — непонятно. Может интуиция, может еще что — не знаю. Он не только вычислил, что во всей части электричество пропало не по причине случайной аварии на подстанции, а преднамеренно. Диверсия. Склады обесточены, сигнализации нет. Света тоже нет. Пробраться на территорию и вырезать часовых проще простого. А затем еще и сам, без приказа, взял и без оружия нейтрализовал одного, а потом обоих запер прямо на складе и сдал их караулу.

— Хм, что это за самородок там такой?

— Погоди, я к этому вопросу еще вернусь. Одного из душманов мы взяли живым. Его напарник попытался его убить, но промахнулся. В общем, удалось взять его и доставить в Ташкент. Ну это уже другая история и к тебе я обратился не по этому… Я решил проверить, что это за боец и откуда он вообще взялся. Парень призвался отсюда, с Ростовской области. Обладает хорошими навыками стрельбы, хотя даже тир не посещал. На охоту не ходил. Нигде стрельбе не учился. Владеет приемами дзюдо, самбо и айкидо. А может и чем-то еще… При этом, никакие спортивные секции относительно боевых искусств он вообще не посещал. Далее, на вещевом складе сборного пункта, с прапорщиком у них был спор, мол, сможет ли он экипироваться новым образцом военной формы, причем не просто так, а за определенное время. Он справился. Как будто только и делал, что снимал и надевал ее, а ведь мы только-только начали поставлять ее в войска. Как это возможно? Купить ее нельзя, обменять у кого-то… Возможно. Только для чего это делать⁈ Я присматривался к нему, слушал. Странный он. К тому же, при личной беседе выяснилось, что парень крайне стабилен психологически и совершенно не соответствует своему молодому возрасту. Было ощущение, что я разговаривал не с девятнадцати летним сопляком, который только вчера каску на голову надел, а с опытным бойцом, что успел многое повидать. Чуть ли не с офицером, хотя это невозможно.

Игнатьев молчал, внимательно слушая коллегу.

— А если подготовленный иностранными спецами диверсант?

— Была такая мысль. Но вряд ли. Я начал наводить о нем справки — совершенно обычный парень. Его психологическое освидетельствование и тесты в военном комиссариате обычные, даже ниже среднего. А на контрольном осмотре у психиатра он удивил врача своей сдержанностью и спокойствием. По биографии ничего особого. Жил он только с матерью, был отчислен из института на втором курсе. Отца нет, покинул Советский Союз несколько лет назад. Вроде как он какой-то геолог или что-то вроде того. Ископаемые ищет. Золото, руду, нефть. В общем, сам Громов парень не простой. Я неоднократно созванивался с его ротным, тот подтвердил, что солдат держится в коллективе уверенно, на правах лидера. Такой и отделением сможет командовать…