— Громов, вот что тебе предстоит сделать… — голос полковника звучал искаженно. — Твой Потапов и большая часть бойцов начинает штурм укрепрайона, а ты и остальные занимаются спасением пленных. Подбери самых толковых!

— Херня какая-то! — не сдержавшись, возразил я. — Зачем делить личный состав? Ни туда, ни сюда. Бойцы без всякого смысла подставятся под удар, к тому же другие подразделения рассчитывают на нас и… Сил для штурма не хватит! Что за бред?

— Мать твою, Громов! — рявкнул потерявший терпение полковник. — Отставить разговоры, приказы не обсуждаются! Я что, тебе это каждый раз объяснять нужно?

Конечно, приказы «сверху» не обсуждаются, мы же тут как пушечное мясо, пусть и опытное. Нами можно вертеть, как вздумается, потому что кто-то кому-то на лапу дал. А умные дяди в погонах, что сидят наверху — им, мол, виднее. Они же умнее, ага.

— Задача ясна? — голос Привалова начал меня раздражать.

— Так точно! — угрюмо согласился я, одновременно понимая, что бодаться с начальством не время и не место. Наверняка, Привалов и сам все понимает, только сделать ничего не может. Надо же, что деньги творят! — Где их держат?

— Около километра к востоку от вашей позиции. Спутниковые снимки это подтверждают, точные координаты сейчас отправят. Первостепенная задача пробиться туда и вытащить дочь олигарха, ну и по возможности, остальных гражданских. Выведите на окраину, там их примут уже другие люди. Ну а ты, вместе с остальными бойцами подключитесь к штурму. К тому же, там относительно удачный сектор для вклинивания в оборону противника.

Угу, а до него нужно пройти под снайперским огнем, минами и бог весть чем еще, да? — подумал я, но слух говорить не решился. И так все обострилось.

Вообще, я достаточно хорошо себе представлял развитие ситуации и понимал, что когда боевики сообразят, что теряют контроль над Абу-Танф, то убьют всех пленных. А сами сбегут — они это умеют.

Конечно, я и мои ребята уже участвовали в похожих операциях, но никогда еще не было все свалено в кучу — штурм и эвакуация гражданских из зоны прямого соприкосновения с противником. Черт, знает что. Впрочем, после стольких лет в армии меня вообще сложно чем-то удивить.

— Хорошо! Начало операции через пять минут! — полковник чем-то пошуршал, затем щелкнул и отключился.

Вернув рацию связисту, я устало оперся спиной о стену, покачал головой. Новая вводная ставила под срыв всю операцию — слаженная работа подразделений, это единый часовой механизм, где важен каждый элемент. Вынь хоть одну гайку и все пойдет вразнос. Еще, я прекрасно осознавал, что ребята будут рисковать жизнями и здоровьем просто так. Ради какой-то бесполезной бабы, у которой богатенький папаша, готов сорить деньгами и гнать бойцов под пули? А чем он раньше думал, отправляя дочурку в страну, где идет гражданская война? Да на хрен такая перспектива нужна, в штабе что, с ума посходили⁈