— Столько, сколько потребуется, Екатерина Юрьевна, — ответил меж тем Сергей Алексеевич. — Я мог бы передать весточку вашему отцу, что с вами все в порядке. Но пока что не стоит так рисковать.

Самойлова кивнула.

— Я была с цесаревичем, и об этом многим известно. Так что за моим отцом непременно идет слежка, а любой контакт со стороны Романовых укажет возможным мятежникам, где искать Игоря Михайловича, — произнесла она, показывая, что все понимает. — Но долго сидеть за крепкими стенами нельзя. Цесаревич обязан начать реагировать, собирать силы и давать решительный отпор…

Романов смотрел на девушку с легкой улыбкой на губах. С полным пониманием ее чувств, но при этом так, что Екатерине Юрьевне показалось, на нее глядит скала — равнодушно, без эмоций. Она всего лишь случайная жертва обстоятельств, и, в принципе, Сергей Алексеевич мог бы отпустить ее. И не беспокоиться о дальнейшей судьбе девушки.

— Мой брат хорошо отзывался о вас, Екатерина Юрьевна, — произнес наследник рода Романовых. — И я вижу, что его слова не пустая похвальба. Кроме того, вы сумели заинтересовать самого цесаревича, которого многие при дворе считали лишенным эмоций роботом. Потому я буду с вами откровенен, Екатерина Юрьевна… — он взял короткую паузу, его взгляд чуть расфокусировался, и Романов тут же оборвал речь. — Прошу простить, вынужден отлучиться.

Уже закрыв за собой дверь кабинета, Сергей Алексеевич произнес:

— Князь Якутский слушает, Емельян Сергеевич.

* * *

Кремль, кабинет куратора Царской Службы Безопасности .

— Князь Якутский слушает, Емельян Сергеевич.

— Сергей Алексеевич, рад, что вы в Москве, — выдохнул великий князь, не скрывая своего облегчения. — Как цесаревич? Не пострадал?

— Когда я последний раз его видел, с ним все было в полном порядке, Емельян Сергеевич, — равнодушно произнес Романов в ответ. — Лучше расскажите, что происходит у вас.

— Ваш дед уже направил часть своих войск в столицу, — заговорил великий князь чуть спокойнее. — Я поднимаю полки и двигаю их в сторону Кремля. Скажите прямо, Сергей Алексеевич, я могу рассчитывать на то, что Игорь Михайлович выступит перед верными людьми и воодушевит их на борьбу за своего царя?

— Зависит от того, кого вы считаете царем, Емельян Сергеевич, — произнес Романов. — Видите ли, мы с братом оба сошлись во мнении, что действия ЦСБ можно оправдать только одним вариантом. Участие в заговоре против действующей власти. Только так можно объяснить, как этот мятеж вообще возник.

— Род Романовых обвиняет меня? — вскинув брови, холодно уточнил куратор Царской Службы Безопасности.