Мне чертовски повезло на самом деле. Если бы я не стер в своем мире воспоминание про учетную запись Создателя, сейчас бы, скорее всего, уже бился насмерть с Хранителями. Все мои показатели, как физические, так и ментальные, отличаются от человека, ставшего сингуляром. Но копия памяти — это копия памяти. Первый же обнаруженный факт существования воспоминаний о прошлой жизни послужил бы причиной для подписания смертного приговора.

Около десяти минут потребовались Хранителям, чтобы закончить разговоры по моей кандидатуре. За это время я обошел весь главный зал и даже обнаружил в одной из стен застрявший и давно пришедший в негодность ремонтный дрон.

Нет, определенно, мне будет необходимо сюда вернуться. Оставлять лабораторию из моего прошлого мира вот так гнить и разваливаться? Да я сам на себя руки наложу, если приму такое решение.

— Дмитрий, мы закончили, — объявила все та же Маргарита. — Возвращайся в обратно.

Я без возражений последовал указаниям.

Они уже вышли из комнаты охраны и выстроились полукругом, когда стеклянная дверь главного зала убралась в сторону. Я перешагнул через порог, разглядывая Хранителей.

Всего их оказалось семь человек: пятеро мужчин, две женщины. Сказать, сколько им на самом деле лет и какова их внешность в действительности, я бы не взялся. Личины, даруемые ключами от системы, не были подвержены возрасту и изменениям.

— Итак, — заговорил, складывая руки в рукавах рясы, монах Василий, — Дмитрий Алексеевич Романов удовлетворяет всем требованиям. У кого-то еще имеются возражения?

Я взглянул на их лица совершенно равнодушно. Слишком сильным оказалось эмоциональное потрясение от встречи с моим прошлым, чтобы всерьез поддаться величию момента и проникнуться пафосом этой встречи.

Ведь для меня эти семь человек были всего лишь дикарями, которые не смогли как следует распорядиться свалившейся им в руки удачей. Конечно, конкретно эти Хранители не были первым поколением, и за действия предшественников ответственности не несли, однако должны же понимать, что происходит. Или я слишком многого ожидаю?

Тем временем заговорил Людвиг.

— Я давно говорил, что Дмитрий должен к нам присоединиться, — произнес он, оборачиваясь к Маргарите. — Сначала меня бы устроило, если бы князь Романов вошел в состав новых марионеток. Но теперь, раз уж мы решили выйти на свет, необходимость в лишней прослойке исчезла. А испытательный срок Дмитрий выдержит и в качестве одного из нас.

— Кроме того, — поддержал Людвига монах, глядя исключительно на меня, — мы не обязаны принимать его прямо сейчас. У нас еще есть немного времени.