Я улыбнулся.

— Они меня боятся, и это правильно, я нарушил их миропорядок и оказался выше в иерархии, чем Хранители считали, — заметил я, после чего пояснил: — В моей власти лишить их второго дара.

— И ты этого до сих пор не сделал из человеколюбия? — уточнил Руслан Александрович, осушив бокал. — Налей еще. А пока вот о чем подумай: чем больше у твоих врагов власти и способностей, тем отчаяннее будет оказано сопротивление, когда ты придешь к ним устанавливать свою власть. Как твой дед, я понимаю, что ты руководствуешься своими интересами. Однако, как князь, который тебя учил, я негодую. Хранители — твои враги, ты должен избавиться от них. А не играть в соблюдение правил и законов.

Он прервался, когда я вручил ему заново наполненный бокал.

— Я пока что не готов к прямому столкновению. Слишком сильные потрясения начнутся, если я отключу Хранителей, — пояснил я. — Взять того же Хранителя от Испании. Он ведь урожденный член королевской семьи. Уничтожу я его, и что мы получим?

— Испанию и так едва не дожали, только твой Бернар де Дамартен остановил войну, — отмахнулся Руслан Александрович.

— Нельзя, чтобы где-то в мире выросла новая империя, князь, — покачал я головой. — Да, понимаю, со стороны может казаться, будто мои действия бессмысленны. Однако на самом деле посмотри, что творится во всем мире. Начался повальный передел власти, все режут всех, и только Русское царство не участвует в этой всеобщей резне. Нашей стране нужен нейтралитет, чтобы оторваться от конкурентов. Мне нужен этот нейтралитет. Ты же знаешь, сколько у меня проектов, ими всеми нужно заниматься, на все требуются ресурсы. А где их взять, когда государство только вылезло из одной войны и тут же лезет в другую?

Князь Демидов повертел наполовину заполненный бокал в руках, обдумывая мои слова.

— Хочешь сказать, ты специально не трогаешь Хранителей, чтобы они лезли во власть в своих странах и не мешали тебе и Русскому царству? — уточнил он, глядя на меня из-под нахмуренных бровей.

— Их действия не приводят к порядку, а сеют хаос. Посмотри, что творит, например, Лоренцо в Испании? — проговорил я. — Он отстранил королевскую династию, сам уселся на трон. Однако внутри страны против новоявленного короля уже собирается мятеж. И Лоренцо придется его подавлять, а Испания и так серьезно пострадала.

— Но Португалия тем временем значительно усилилась, — заметил дед. — Как и Франция.

— Зато пала Римская империя, — ответил я. — И, кстати, зря ты сбрасываешь со счетов французскую аристократию. Бернар де Дамартен был хорош в роли канцлера, но как его величество он не устраивает слишком многих. Если оставить Хранителей там, где они есть сейчас, они начнут все больше погружаться во внутренние распри своих родных стран. А насчет Португалии не беспокойся — до момента, как Америка сбросит очередное ярмо, осталось не так уж и много времени.