Человеческие защитники вместе с гулями применяли тяжелую артиллерию, пулемёты, миномёты, сочетая это с раскатами магии, треском, жужжанием и огненными росчерками.

Надо думать, что конструкты им не уступали, потому что генералы и Бисс Урай говорили, что ситуация херовая.

Совершил сериюблинков , аки заморский супермен, только он и правда мог нормально летать, а не как я — падать. Впрочем, с высоты в пару километров всё более-менее понятно.

Конструкты охватили оборонительные ряды людей и гулей широким охватом, раскинувшись на четыре километра и обеспечив давление буквально везде.

Оборона потеряла естественную преграду — рукотворный канал имени Москвы, хотя и подорвала все мосты. Конструкты использовали быстродействующие порталы, перенося своих по двадцать-сорок штук по ту сторону порталов. Надо сказать, что для этого они периодически толпились в одном месте и город бил по ним артой.

Основное сражение уже шло в черте города. Судя по тому, что некоторые дома в зоне боестолкновения уже не огрызались огнём, силы защитников таяли.

Зато, так я вижу самое интересное и ценное для меня. Охотник за железом показывает, что ядро атакующих построено не везде, а конкретно в достаточно густом лесу к югу от канала, то есть, в тылах конструктов.

Всё, как мы любим. А проканает мой фокус ещё раз?

Впрочем, я не стал совершатьблинки сверху. В этот раз я сначала спустился в лес, накинулневидимость , взял в руки Гивсар, дозарядилиномирское ружьё и стал двигаться, совершая по три-четыреблинка и осматриваясь. В очередное перемещение я вдруг наткнулся на ограничение в пространственной магии. Причём, тут кто-то был.

Забавно, это были не конструкты, а люди, они стояли по одному-два, на расстоянии в сто метров прямо в лесу. Одеты они были в чёрные, с каким-то рисунком мелких светлых пятен комбинезоны и вооружены странными вида автоматами Калашникова.

Вообще странная херня. Люди защищают город, а это что за черти в тылу конструктов? Партизаны? Диверсанты?

Я отошёл чуть назад и присел в приямок. Где-то тут у меня был передатчик на город.

— Вызываю защитников города Дубна.

— Кто в канале? Назовитесь?

— Ну, я царь Кощей.

— А, Леонид, союзник. Штабные предупреждали.

— А ты? Ты кто?

— Армия.

— Прямо вся?

— Нет, ты можешь меня называть Армия, как имя, звание и ругательство. Чего хотел? И где ты есть? Нам подкрепа нужна.

— Ща всё будет. Скажи, а среди врага… Как бы сказать? Там были люди?

— В смысле? Конструкты — бывшие люди, а сейчас — мы называем их создания, твари, ублюдки.

— Нет, а люди? Короче, я сейчас в лесу, в тылах конструктов, хотел им тут сюрприз какой устроить, а тут люди. Вот я и спрашиваю.