зря на протяжении нескольких столетий считались великой морской державой. Из шести русских дестроеров, в спасительное облако дыма сумели вернуться только трое. Трем другим не повезло — два были сразу же разорваны на куски главным калибром линкоров, а третий, получив попадание в рубку, лишенный управления выскочил на камни на виду у британцев. Через несколько мгновений беглого огня взбешённых от потерь «лайми» от него не осталось даже груды железа. Однако, пятьдесят четыре торпеды выпущенные эсминцами проскользнули навстречу британцам и полностью отомстили за погибших. — Проклятые пацифисты и миротворцы! Будь ты проклят, Вильсон! — заорал Мур, разбивая очередной бинокль о стенку боевой рубки. «Ривендж», «Ройал Оук», «Резолюшн», «Рэммилиес» на его глазах исчезли в огненно-черных облаках взрывов. Вудро Вильсона британский адмирал поминал не зря. Именно его цветистые речи о мире во всем мире, и об отказе от войн, стали гнусной отравой для британских политиков, которые подчиняясь новым веяниям политической моды, урезали до минимума военный бюджет. Как следствие, у лордов Адмиралтейства не нашлось средств даже на то, чтобы оснастить старые линкоры противоторпедными булями, поэтому новейшие 450 мм торпеды оказались для стариков серии «R» роковыми. Только «Ройал Соверен» продолжил движение вперед и уже наполовину скрылся в облаке дыма… Явление британца оказалось неожиданным, и его форштевень разрезал пополам небольшой сторожевик «Вьюга», прикрывавший отход ветеранов «Новиков». Однако три 533 миллиметровые торпеды выпущенные с СКР «Буран» поставили точку в истории кораблей данного типа: и без того избитый снарядами русских батарей, старый линкор практически моментально повалился на борт. Раздался глухой взрыв, вывернувший часть обшивки и обнаживший изуродованные шпангоуты — это вода попала в раскалённые добела топки котлов. Финиш. Мур понял, что эта призрачная стена дыма стала тем камнем, о который сокрушилась за полчаса вся многовековая мощь британской империи. Он уже потерял половину — ПОЛОВИНУ!!! своих линкоров, так и не встретив серьезного противника. Оставшиеся же представляли собой жалкое зрелище: изуродованные надстройки, сбитые мачты, дырявые трубы… Он скомандовал эскадре «поворот все вдруг». Но веселье только начиналось, точнее продолжалось. На аэродроме недалеко от Ура-губы раздался звонок. Выслушав, капитан морской авиации Рогов дал сигнал отбоя, и через мгновение над лётным полем завыла сирена, затем в небо взлетела ракета алого цвета, по которой закрутились