— Не изволь беспокоиться, все будет исполнено, — тотчас залебезил перед ней чиновник, прекрасно знающий расценки подобных типов, способных едва ли не из могилы поднять.

Если богатая клиентка откажется вести дела с алхимиками из-за того, что он поведет себя с гостьей слишком нагло, те вполне могли компенсировать неполученную прибыль за счет слишком ретивого представителя администрации. К тому же наметанным глазом он определил, что лечиться изрядно перепугавшимся путешественникам придется в основном от последствий алкогольного отравления. А несколько синяков и шишек даже и без посторонней помощи исчезнут. Впрочем, если за их сведения готовы платить, то почему бы и не взять дармовые деньги?

— Я сейчас же распоряжусь, чтобы вас проводили в нашу лучшую гостиницу! Или прикажете подать карету для немедленной поездки в академию?

— А она разве в такое время работает? — подняла брови Сури, на самом деле прекрасно знавшая ответ.

— Не бывает неприемных часов, бывают неподъемные тарифы, — ответил гоблинской поговоркой чиновник. — Эй вы, бездельники, а ну помогите нашим уважаемым гостям! Не волнуйся, миледи, время еще не слишком позднее, кого-нибудь ты обязательно застанешь!

— Тут тяжелый. Или нет. Во всяком случае, ран не видно, — подал голос один из помощников взимателя пошлин. Ходили слухи, что он однажды случайно выпил приготовленное для мутации зелье. И речь, и мышление давались теперь бедняге с изрядным трудом. — Он не ходит. И почти не шевелится. И вкусно пахнет.

— Ой, что с моим секретарем! — заполошно всплеснула руками Сури.

— Ну надо же! Впервые вижу, чтобы кто-то из нашей расы так перетрусил во время полета, который даже катастрофой не кончился, чтобы у него ноги отнялись. — Охранник чиновника нагнулся над сородичем, поправляя висящий на поясе пистоль. — Или тебе позвоночник перебило? Эй, приятель, ответь!

— Божественная слеза. По два золотых за бутылку. Из личных запасов моей нанимательницы. Ох, знал бы ты, как я перетрусил, что слишком мало сего напитка выпить до приземления успею. — Тимон разлепил якобы единственный свой глаз. — Меня не тормошить, не кантовать, при пожаре выносить первым. И не будить.

После этих слов гоблин снова закрыл глаз под моноклем, чтобы уж точно подозрительного серебристого света оттуда не пробилось.

— Где карета⁈ — подняла крик Сури, которая отошла к гномкам и якобы не расслышала слова своего подчиненного. — У меня тут секретарь умирает!

«Вот бы и мне так немножечко поумирать», — подумал чиновник и послал одного из своих людей за транспортом, с владельцем которого он состоял в доле. А потом вернулся к расспросам гостей, заполняя документы и пытаясь найти повод содрать с них еще чуть-чуть за какие-нибудь дополнительные услуги.