Выслушав мои пожелания, старший лейтенант кивнул и сказал, что для такого человека, как я, возможно все. Ничего с нашими разведчиками и пленными в лагере, мол, плохого не случится, а немцам при этом будет очень, так сказать, «интересно». Ну что же, сказано — сделано; через четверть часа пришло сообщение, что по нашей заявке вылетело звено штурмовиков, а еще полчаса спустя, когда голове нашей колонны до Бобруйска оставалось еще километров десять, он капитана Андреева пришло сообщение, что задание выполнено. Одна рота батальона вцепилась в мост через Березину и теперь удерживает его под контролем, отгоняя контратакующего противника, вторая рота через раскрытые ворота с ходу ворвалась в крепость и сейчас ведет бой с гарнизоном, охраняющим лагеря военнопленных и склады внутри крепости. Численность этого гарнизона, мол, составляет до батальона пехоты. И вообще, нам требуется поднажать, потому что фрицев внутри города оказалось значительно больше, чем предполагалось изначально. Лезут гады, как тараканы из всех щелей.

Ну, мы и поднажали — только снежная пыль завилась из-под гусениц! Не прошло и четверти часа, как первые Т-55 нашей бригады, стоптав по пути злосчастный гарнизон Титовки, через удерживаемый разведбатом мост ворвались в Бобруйск, оттесняя немецкий гарнизон от переправы. Следующими были мотострелки; впрочем, участь города к тому моменту была уже полностью решена, так как еще до того, как противник сумел организовать хоть какое-то сопротивление, у него уже было отбито два ключевых объекта — мост и крепость с ее складами. Кроме того, на городских улицах хорошо себя показали боевые группы, состоящие из танка Т-55, способного своей пушкой разбить любое укрепленное строение, и взвода мотострелков, прикрывающих его от метателей гранат и бутылок с горючкой.

И вот отбитый город, смердя и дымясь, лежит перед нами темной громадой. Где-то еще периодически вспыхивают перестрелки, где-то бродят группы недобитых немцев, где-то воняет труп генерал-лейтенанта Фридриха-Георга Эберхардта, командующего 3-м армейским корпусом, который раньше был моторизованным. Этот немецкий генерал, переживший встречу с экспедиционными силами два с половиной месяца, назад погиб от рук наших парней. И вообще теперь нам только осталось дождаться подхода советской пехоты (ее первые части подойдут к Бобруйску примерно завтра в полдень), ну а потом выступить вдоль дороги на Минск, чтобы решить вторую часть своей задачи.

* * *

17 ноября 1941 года, 08:05. Минск, Штаб группы армий «Центр».

Командующий 29-м моторизованным корпусом генерал пехоты Ханс фон Обстфельдер