— Но сам факт, — поднял палец проф, акцентируя внимание. — Если сейчас у вас самым большим является слон и кит, могли выжить представители значительно больше.

— Могли, если бы их не перебили, сейчас полы в домах некоторых богачей могли быть украшены шкурами диплодоков, — шутка так себе, но проф посмеялся.

Отсмеявшись, он взглянул на меня, вздохнул и его лицо стало серьёзным.

— Дело в том, что природа нашего мира, это настолько тонкий симбиоз, что могу с уверенностью сказать, что мы живём в вашем времени, но одновременно с этим имеем живых представителей почти всех зверей за последние несколько сотен лет. Они живут бок о бок с городами, отходы от нашей жизнедеятельности незначительны, поэтому не вредят экологии.

— Хотите сказать, что за пределами городов есть очень насыщенный животный мир? — я подобрался.

— Не просто насыщенный, он огромен. Если всего несколько экземпляров, находящихся в городе, устроили нам столько проблем, я боюсь представить, что происходит снаружи. К сожалению, мы заключены в клетку, но эта клетка надёжно нас защищает.

Я призадумался. И правда. К счастью, мне не встречались изменённые звери. Хороший вопрос, почему же так произошло?

Ответ очевиден. Если бы условный город вдруг подвергся тому же изменению, что Полис, животные в тот же миг стали бы кровожадными монстрами. Вернись в этот город через год, останутся либо одни звери, либо люди, которые их перебьют, причём в первую очередь, как самых опасных.

На слоях где я был, есть лишь разумные и голлумы.

По сему выходит, я не встречал животных, потому что их попросту истребили. По числу населения, могу сказать, битва была не из простых, но разум победил.

— Я не встречал животных, — задумчиво произнёс я.

— Это даже хорошо, — Чаин снова вздохнул. — Помню те времена, мы были слишком слабы, несколько изменённых существенно проредили слой. Мы сразу закрылись здесь, система очень долгое время позволяла жить без взаимодействия с внешним миром. Я имею ввиду систему жизнеобеспечения комплекса. Мы были способны выращивать плодоносные культуры, но всё со временем теряет свою эффективность, оосбенно оборудование. Начало охоты позволило получить минимальный опыт, после чего мы выбрали классы. Как не трудно догадаться, наша специальность позволила выбрать не боевые умения. Тогда мы считали это наиболее разумным выходом, найти способ в новой реальности.

— Вы не рассматривали возможность выбить себе место на уровне? — заинтересовался я.

— Рассматривали, — искренне возмутился Чаин. — Но действительность такова, что наши рейдеры всё реже возвращались назад. К концу первого года, на базе осталось едва ли десять процентов боеспособного населения. Улицы полностью контроллировались изменёнными, Арейни оказались разобщены. Это происходило ещё до входа в вашу солнечную систему, наше солнце распологалось не так близко. Ночи были гораздо темнее, а дни короче. Напомню, девять из десяти находящихся здесь сотрудников являлись учёными. Мы стали использовать ловушки, но пока сидели внутри укреплённого центра, монстры не оставались на месте.