Ф-фух, слава кармической силе бегемота, святым сиськам и вечно стоящему в понятно каком смысле Кремлю. То ли чутьё у профа сработало, то ли логические выкладки, но теперь провороты шестерёнки показывали то алхимика, то умельца. Кажется, выбор будет между этими двумя классами. Оба они, кстати, как нельзя лучше подходят именно для склонного к экспериментам учёного, да и лабораторные опыты в обоих случаях прилагаются.

Выращивание разного рода гомункулов, свойственное алхимикам на высоких уровнях развития — для Тормасова в этом будет много интересного, да и приложить свои склонности к составлению алгоритмов найдётся куда. Разного рода эликсиры опять же и составы иного рода, несть им числа. Как совсем уж знаковая веха на пути алхимического развития — работа с собственным телом, модификация его не техносоставляющей, а биокомпонентом. Предварительно собственноручно и выращенным. Этакая частичная гомункулизация себя самого. Впрочем, до того момента. когда это вообще становится возможным — долгие и долгие десятки уровней.

Это что касается алхимика. Умелец же — это своего рода големо- и автоматостроитель. Этакий экзотический петовод, только петов необходимо собирать самому и поддерживать собственной же энергией. Управление, понятное дело, мысленное, никаких тебе голосовых команд и прочей хрени. Ну и определённая склонность к артефакторике, куда ж без неё. Не широкопрофильной, однако при правильном подходе также способной сильно облегчить жизнь в начале долгого пути.

— Так к чему больше склонность проявляется, к пути Иегуды Бен Бецалеля из Праги или же Парацельса и прочих «императоров Рудольфов»?

— «Императорский» путь и более представительными персонами отмечен, и полезнее, как мне показалось, — ответил, наконец, Тормасов, приняв таки решение. — Ещё с детства читал про алхимиков и завидовал им. Больше, чем просто магам.

Все мы родом из детства. В большей либо меньшей степени, но многое упирается корнями именно в эту босоногую пору. Мечты тоже оттуда. Особенно самые ранние, скрытые до поры или запрессованные грузом лет, взрослых проблем и разных житейских хлопот. Вот и проф тоже, внезапно для себя, извлёк нечто давно похороненное в отдалённом уголке разума. Извлёк и сейчас воплотит в жизнь… сделает первый шаг к этому воплощению.

Итак, алхимик. Металлический лязг, звон лабораторного стекла и вот фигура выбранного Тормасовым аватара бросает пузатую алхимическую склянку в незримую преграду. Звон разбивающегося стекла, шипение среагировавшего состава, и разрушенное препятствие стекает куда то вниз, пузырясь даже на вид едкой и ядовитой жижей, испускающей клубы зеленоватого пара.