И закричала от болезненного, почти мучительного удовольствия, едва задев нежный клитор.

Чувствовала, как от клитора и влагалища простреливающие электрические разряды ударили прямо в матку. Как внутри лона закрутилось спиралью кульминация. Еще чуть чуть, я бы рухнула вниз. В пучину самого мощного в моей жизни оргазма.

Но…

Не получилось. Сколько бы я не мастурбировала вибратором, ничего не получалось. Я чувствовала лишь отголоски кульминации.

И слышала удовлетворенный смех:

«Глупый звереныш. Ты не сможешь кончить без меня. Без моего члена в твоей тугой киске. Только я смогу подарить тебе истинное наслаждение».

Проклятый архон.

Откинула в сторону вибратор. Разочарованно закричала, стукнув ладонями по керамическому полу. Сжала бедра, пытаясь унять болезненные ощущения.

Бред какой-то.

Ну почему так?

Почему, как бы архон меня не запугивал. Как бы не измывался, я по какой-то неясной причине тянулась к нему всем сердцем и душой. Всем телом.

Чувствовала, что ублюдок говорит правду.

Что только он способен подарить мне наслаждение.

Вопреки всему.

Меня, словно жертву Стокгольмского синдрома манило к нему.

И я не могла сопротивляться странному жуткому притяжению к собственному абъюзеру. Не могла его ненавидеть. Даже не смотря на всю проявленную им ко мне жестокость. Не смотря на всю причиненную ментальную боль.

Понимала, он такой же заложник, как я. Что он ничего не знает. И надеялась, что выслушает при встрече. Что поймет, я лишь хотела помочь, хотела всех спасти.

Погрузившись в собственные мысли, я не заметила, как сзади открылась дверь в душевую.

Обернулась, сморгнула с глаз слезы, смешанные с водой.

У двери в душевую стояла Лера, хмуро глядя на меня, и скрестив руки на груди. Бледная, уставшая, с темными кругами под глазами.

Она задыхаясь, схватилась за грудь, и прошептала:

— Вера, перестань, прошу. От твоей боли, мне душу выворачивает… И от сжирающей тебя страсти. Похоти. Называй как хочешь. Я ощущаю все, что чувствуешь ты! — под конец уже кричала Лера.

— Повтори? Как ты можешь чувствовать все что я? — переспросила изумленно.

По щекам Леры покатились слезы.

— Вера, я понятия не имею. Но… Твою боль, страсть, похоть, ощущаю как свою. — В ее потерянном взгляде отражалась, казалось, вся боль вселенной. — Что они с нами сделали?

— Я сейчас оденусь. Арса, двери запечатаны на ночь? — обратилась уже к ИИ.

— Сектор опечатан на ночь. — Раздался спокойный металлический голос киберсистемы. — Нарушителей не обнаружено.

— Жду тебя в гостиной. Я сварю кофе. — Лера грустно усмехнулась. — Наши запасы подходят к концу, и что-то мне подсказывает, за пополнением придется обращаться к Мразину.