Но что самое ужасное, я оказалась полностью раздетой. Очнулась на собственной постели абсолютно голой.

Хотя, точно помню, засыпала в нашей гостиной застегнутом на все пуговицы весьма скромном халате. И в нижнем белье.

Да что, черт возьми, происходит?

От нахлынувшего головокружения и тошноты, рухнула спиной на подушку. Прикрыла глаза. Постаралась успокоить бешено колотящееся сердце.

Так, спокойно, Вера, думай. От внезапной догадки, распахнула полы халата, и провела рукой между ног. Пытаясь нащупать следы сексуального насилия.

Облегченно выдохнула, так как ничего не нашла.

Выдохнула спокойно, наверняка бы не выжила после рандеву со стражей. Тем более, со всеми сразу.

Значит, изнасилования не было. Уже отлично.

С трудом села в постели, затем попыталась встать. Из-за головокружения получилось лишь с третье попытки.

Нужно добраться до Лериной комнаты, и проверить как там она.

— Арса? — позвала с надеждой, что киберсистема отклитнется. Но ответа так и не получила.

С трудом встала с постели, запахнула полы халатика, опираясь на спинку, подождала пока пройдет головокружение.

Сглотнула, впервые осознав, насколько сильно хочу пить. Словно умирающий от жажды в пустыне.

Оглянулась, на столике по-прежнему стоял полупустой графин с водой, и стакан. Налила водички, с жадностью проглотила все почти махом. Ну вот, теперь можно и на поиски Леры отправиться.

Никогда не думала, что какие-то три метра дадутся с таким трудом. По стеночке, шаг за шагом, но я добралась до комнаты Леры. Постучалась.

А когда не получила ответа, просто распахнула дверь.

Лера лежала на постели, и по всей видимости, тоже спала. Добравшись до ее постели, присела на краешек, и слегка тронула ее за плечо.

Никакой реакции.

Потрясла сильнее.

Подруга проснулась, подскочила, оглядываясь вокруг безумным взглядом. Увидела меня и выдохнула.

— Вера? Черт! Как же ты меня напугала. Что случилось?

— Лер, а ты оглянись, ничего странного не замечаешь?

— А какого хрена я голая? — подруга мгновенно прикрылась простынкой. Видно, было как она едва сдерживается, старается не запаниковать.

Поспешно ощупывает свое тело.

И облегченно выдыхает, не обнаружив следов насилия.

— Вера?

— Не смотри на меня. Я сама вот так же проснулась минут пять-десять назад. Слабость неимоверная. Нас наверняка чем-то опоили. Или усыпили. Проклятые нацисты. — Погладила ее по плечу. — Ты как себя чувствуешь?

Девушка замерла, прислушиваясь к ощущениям.

— Вроде норм. — Посмотрела на меня взглядом полным ужаса. — Лера, что с нами сделали? Опоили? А потом, что? — По бледным щекам потекли слезинки.