Я снова остановился. Теперь потому, что второй акт сказки закончен. Так же всегда, верно? Сначала вступление, потом грустная сцена, следом — кульминация и эпилог с посылом. Что же, всё это в моей сказке есть.
— Израненный, сломанный, преданный, одинокий. Принц заплакал. Не издавая ни единого звука, он рыдал в подушку. И тогда к нему пришла… — я задумался, как назвать «её». — Джин. Девочка, немного старше его самого, назвалась «Джин» и сказала, что исполнит любое его желание. И мальчик пожелал — «Унеси меня отсюда, так далеко, чтобы они никогда меня не нашли».
Я вздохнул, прежде чем закончить.
— Так мальчик оказался в «Подземном Городе», где нашёл своё счастье. И с тех самых пор он никогда не привязывался ни к кому так, чтобы не суметь от них отказаться. Даже самые любимые, стоит им сделать от него один шаг, — потеряют его навсегда. Вот так и живёт принц — другим приходится мириться с этим или уходить. Он никого и никогда не держит. Даже самых, самых близких.
Я понял, что увлёкся, только через несколько секунд.
— Ну так вот, мораль сей басни такова… — начал я с улыбкой объяснять, но… — Да вы издеваетесь… — задёргался у меня глаз, когда я увидел, что девчонка спит. — И для кого я вообще всё это рассказывал⁈ — проворчал я, но негромко, чтобы её не разбудить.
Казалось, нужно просто закрыть ее пледом, и можно заняться своими делами. Но…
— О, я была совсем не против послушать эту заманчивую сказку, — радостный женский голос буквально одним предложением вогнал меня в холодный пот. — Я так много узнала о господине «Гримм», и мою радость просто нельзя описать словами!
«Это точно похоже на издевательство!» — скривился я, когда передо мной появилась улыбающаяся девушка, одетая в стиле готик-лолиты.
— Рад был рассказать СКАЗКУ, — выделил я последнее слово, пытаясь этим сказать, что с реальностью эта история не имеет ничего общего.
— Конечно-конечно, — как и обычно «мило» улыбнулась она.
Ну разумеется, она не поверила. Эту историю не должен был слышать никто взрослый. Так для чего я рассказал эту сказку? В надежде, что она будет верить в «Джина», которым для меня стала моя нелюбимая первая девушка, и которым для неё мог бы стать я. Дети должны верить в лучшее.
Что я ненавижу больше детских слёз? Детское отчаяние. Именно поэтому я рассказал Нао то, чего не знают ни Алиса, ни даже Гил. Последний в общих чертах осведомлен, что меня не любили родители, и я сбежал с помощью Джини. Но подробностей не знает.
— Где ты была? — решил я просто выкинуть этот случай из головы.
Кто такая Миледи? Просто странная девушка, что появилась в моей жизни и никаких эмоциональных пут со мной не имеет. Ну и пусть тогда знает — мне от этого ни горячо, ни холодно.