Потому я заранее позаботился, чтобы никто отсюда не вышел. Они либо умрут, либо послужат этой цели.
— Что за…? — они точно не ожидали увидеть затвердевшую кровь, перегородившую выход. — А-а-а! — щупальца из крови схватили двоих, но остальным, к сожалению, удалось уклониться.
Создав за спиной копьё из крови, я усилием воли метнул его в одного из бегущих. Тот легко уклонился, несмотря на немалую скорость снаряда. Но это ему не помогло. В последний момент копьё разлетелось на тысячи осколков, которые застали трёх вампиров врасплох, пронзив их сотнями игл крови. Осколки начали проникать в тела, причиняя чудовищную боль, но при этом позволяя мне контролировать их движения.
Их крики я игнорировал. А с чего бы нет? Каждый, кто причиняет боль, должен быть готов вынести такую же. Каждый, кто убивает, не имеет на это права, если сам не готов отдать свою жизнь. Такова истина, в которую я верю.
Остались двое. И, похоже, один из них оказался умнее второго.
— Атакуем! Раз сбежать не можем — значит, должны драться! — закричал он, заставляя товарища пойти на меня.
Вампир бросается на меня — и тут же оказывается нанизан на десятки копий. А более сообразительный, отправив вперед сородича, ломает стену, надеясь пробить себе выход.
Странно, что до этого они не додумались. С их силой одной атаки хватает, чтобы пробить себе путь даже через толстую стену. Но всё равно они делают это в последнюю очередь.
Я вообще заметил: даже обладая такой мощью, люди предпочитают использовать обычные входы и выходы — даже в критических ситуациях. Может, это что-то подсознательное?
Как оказалось, не только люди этим грешат.
Но я — не такой. Не скажу, что умный, скорее просто догадливый. Поэтому я и позаботился о стенах в первую очередь.
И какого же было удивление «умного» вампира, когда за обвалившейся стеной его ждала кровавая сеть. Правда, вряд ли он успел как следует насладиться отчаянием. Моя рука пробила ему спину точно между лопатками — ещё до того, как все обломки успели упасть.
Только после этого я понял, что это и был тот самый вампир, к которому прибежал преследуемый мной детёныш.
Вытащив руку из его груди, я не стал вырывать сердце, как изначально планировал. Он мне ещё может понадобиться. Тем более, если такой сильный.
Его тело упало, хотя он всё ещё был жив. Нужно, чтобы он восстановился.
Я оглянулся, чтобы взглянуть на семерых существ, которых поймал. Они были монстрами. Для меня — точно. Это и стало одной из двух причин, по которым я последовал за детёнышем, а не убил его сразу. Вторая причина — высокая вероятность выйти по его следу на того, кто его обратил. Может, не сразу, но со временем. Всё же шанс был.