Всхожу на холм и вижу, что густая зелёнка примерно в трёх километрах к юго-западу от меня. Дроны жужжат, стремятся ко мне, но не рискуют заходить в атаку.

Красные трассеры пролетают над моей головой, но я игнорирую их, а лишь набираю разгон, чтобы поставить очередной рекорд по скоростному схождению с холма.

Один дрон, с самопальным зарядом на борту, всё-таки, пошёл в атаку. Держу прежний курс до последнего, а затем совершаю рывок назад.

Ноги меня за это не поблагодарили, потому что им пришлось выдержать кратковременную экстремальную нагрузку, но зато дрон ушёл сильно вперёд и взорвался без какого-либо поражающего эффекта.

Я продолжил движение, на ходу вновь показав дроноводам средний палец, чтобы знали, суки, на каком именно органе я их вертел.

Уже столько невосполнимых дронов на меня потратили и всё зря, ха-ха-ха…

То, что они взорвались сегодня, означает, что они уже не взорвут кого-то из наших завтра — от этого мне становится чуть приятнее на душе.

И вот, наконец, она — зелёнка…

Вбегаю под прикрытие деревьев и сразу же захожу за густой кустарник, чтобы перезарядить «Витязь».

Времени на отдышаться нет, как и потребности отдышаться, поэтому я продолжаю бежать, но уже как-то гораздо увереннее.

Зелёнка многократно осложняет работу дроноводам, которые теперь вынуждены учитывать существование веток и листвы. Это сильно сужает простор для их действий, что может помочь мне подлавливать их и сбивать из «Витязя».

Двигаясь по роще, думаю о том, что делать дальше.

Есть железнодорожный мост у хутора Логовского, но это очень плохой вариант для пересечения реки, потому что он имеет ширину не более четырёх метров. Это не даёт никакого простора для уклонения от дронов, поэтому я его изначально не рассматривал и до сих пор не рассматриваю, как вариант.

Им достаточно запустить дроны с двух сторон моста, а дальше вопрос техники — уклониться я не смогу и даже если переживу близкий взрыв, буду покалечен, что сведёт шансы моего выживания до нуля.

Я ещё не оклемался от прошлого взрыва — нога болит, как сука, при каждом шаге…

Больше я подобный опыт переживать не хочу, поэтому буду держаться зелёнки. Возможно, получится дождаться ночи — в темноте у меня сразу же появится нешуточное преимущество перед этими уродами.

«Интересно, что они делают теперь?» — подумал я. — «Наверное, им захочется зайти в зелёнку, чтобы настигнуть меня?»

На ходу снимаю рюкзак и открываю его. Да, попавшая пуля испортила мне сухой паёк и бутылку с водой. Сменная одежда промокла, как и содержимое сухпайка. Но зато набор гранат не пострадал.