Выглядываю из-за его туши наружу, чтобы проверить окрестности на предмет других хищников. Но никого нет, потому что все знают, что со свинопотамом лучше никогда не связываться.

Снимаю с уха Счастливчика его бирку и помещаю её в карман брюк. Будет мне памятью об этом знаменательном дне.

От трупа воняет просто отвратительно — смесь тухляка со стойким кабаньим амбре и свиным говном. Счастливчик обосрался перед смертью.

Нельзя просто так бросать его тут, потому что неэтично кормить дармовым мясом всякую местную мразоту.

Иду в спальню и начинаю разбирать кровать на дрова.

Когда кровать кончилась, взялся за шкаф, затем за комод, а потом за дверные косяки.

Нагружаю тело свинопотама дровами, а затем разжигаю ему погребальный костёр. Квартира сгорит, но зато и мясо никому не достанется.

Пока пламя разгорается, выбиваю квартирную дверь и взламываю соседнюю квартиру, чтобы разжиться дополнительными дровами.

Заготавливаю топливо и выношу его на улицу.

Поднялась совершенно невыносимая вонь от горелого мяса и свинопотамской шерсти. Даже свиное говно меркнет на фоне этой замысловатой ароматической комбинации…

Не забываю поглядывать по сторонам, чтобы не пропустить приближения врагов.

«Что за день…» — подумал я, прикрывая нос платком. — «Капец…»

Счастливчик горел следующие три часа — я извёл мебель трёх квартир и даже заморочился добычей бензина из ближайших машин, чтобы полностью избавиться от этой туши.

Мне кажется, все обитатели Камышова уже знают, что я устроил барбекю на Ленина. Но никто так и не заглянул, хе-хе, на огонёк.

Когда от Счастливчика остались только горелые кости, я, наконец-то, пошёл дальше. Ещё десяти утра нет, а по ощущениям, будто уже должен быть вечер.

В этом вся прелесть и опасность соло-рейдов — за неполные сутки я мог умереть трижды. Крыса могла выстрелить в меня дважды, птица могла сцапать меня и скинуть с высоты, свинопотам мог догнать меня и растоптать в удобоваримый фарш.

Но я убил всех этих уродов и вышел победителем из этой трёхфазной битвы с неравными шансами.

Прохожу мимо давно разграбленного супермаркета «Победа» и, в кои-то веки, мать его проститутка, оказываюсь у воинской части.

Забор тут прямо тяжёлый люкс — кирпичный, с выкрашенными в чёрное железными пиками.

Обхожу территорию и достигаю КПП.

«Стой!» — прочитал я надпись на решётке. — «Предъяви пропуск и удостоверение личности в развёрнутом виде».

Игнорирую требование и открываю решётчатую дверь, а затем дёргаю за рукоять стальной двери.

Заперто, но это не проблема. Достаю набор отмычек и за пару минут отпираю далеко не самый сложный замок в моей жизни.