— М-м-м, шлюха… — простонал я и вытащил из левого предплечья костяной шип.

Отлепившись от стены хрущёвки, продолжил идти, ощущая, как мутится сознание.

Это долбаная крыса-мутант выстрелила в меня ядовитым шипом. Я её застрелил, но это не отменяет действия яда.

На улице оставаться нельзя, как нельзя запрыгивать на крышу.

По дороге сюда на меня дважды пыталась напасть неизвестная крупная птица.

За крысу дали 494 очка опыта, что совершенно несопоставимо с понесённым ущербом и затраченными калориями.

У меня есть 274382 из 276801 очка опыта, что является зримым доказательством эффективности методик Пиджака. Я в соло-рейде всего девять часов, а почти набил уровень — в одиночку всё происходит гораздо быстрее.

Но сейчас я отравлен токсином, устранение которого обошлось мне в 11 453 килокалории. И мне нужно где-то перекантоваться следующие три с половиной часа, до завершения детоксикации.

Ну и неплохо будет похавать…

От мысли о еде к горлу подошёл ком рвоты.

«Капец…» — подумал я, карабкаясь по балконам. — «Впервые за столько месяцев рвотный рефлекс…»

Это всё крысиный токсин.

Проникаю в случайную квартиру на третьем этаже. Внутри пованивает псиной и тухлятиной. На кухне лежат человеческие кости, а входная дверь и вся прихожая исцарапана когтями.

Зверь нашёл выход — в спальне разбит стеклопакет, осколки которого в засохшей крови и клочках шерсти…

Дверь заперта на внутренний замок, балконную дверь я запер за собой, поэтому спокойно сажусь на диван. Можно было бы обработать рану, но дешевле уже не станет, а на шрамы мне плевать, поэтому без разницы. Само обработает.

Откидываюсь на спинку дивана и достаю из подсумка «Натс».

— Ёбаная крыса… — пробурчал я и заставил себя откусить кусок шоколадного батончика.

Сумел прожевать его, но с трудом подавил рвотный рефлекс.

Вообще, несмотря на эту херню с отравлением, рейдом я доволен — мне удалось посетить все прибрежные поселения от Волгограда до Камышина и я даже нашёл брошенную кем-то БРДМ-2.

На ней стоит приличного состояния КПВТ, но вот ПКТ и абсолютно все боеприпасы кто-то уволок. Причину поломки я не установил, потому что не шарю во всём этом, но координаты бронемашины вбиты в «Заметки» смартфона и записаны в бумажном блокноте.

Снаружи раздаётся клёкот той самой птицы, которая преследует меня с самой Дубовки. Эта поганая мразь знает, что я где-то здесь. У неё счёты ко мне — я прострелил ей крыло из «Витязя», из-за чего ей пришлось воткнуться в снег. Я не смог добить её, потому что она, на морально-волевых, сумела перелететь на другой берег реки и скрылась среди кустарника и сугробов.