Я забрался в носовую башню автобуса, покрытого ржавеющим стальным листом, Лапша заняла кормовую башню, а Фазан сел за руль.

Захрипел двигатель и автобус тронулся в путь.

Я думал, что мы пообщаемся с Пиджаком или его представителем, но к нам так никто и не вышел — наверное, не по чину ему со всякими парламентёрами контактировать…

«Не исполнили хуйню — и за это спасибо», — подумал я, проверяя состояние ленты в пулемёте.

Всего в сформировавшейся автоколонне пять автобусов, поэтому они набиты людьми битком. Их ждёт некомфортное путешествие, которое вполне может сопровождаться тряской и стрельбой — им не позавидуешь.

«Скоро этот херовый период их жизни закончится», — улыбнулся я своей мысли. — «Приятно, сука, осознавать, что мы тупо лучше, чем большинство ебанатов, коптящих нашу очистившуюся земную атмосферу».

Проф, во время одного из застолий, кажется, около полутора недель назад, задвинул вдохновляющую речь о том, что у нас есть неоспоримое преимущество перед остальными КДшниками — моральное превосходство.

И что пусть у нас не так много благ для нормальных людей, мы даём больше, чем любое другое сообщество. А из этого следует, что мы — хорошие, а остальные — мудаки.

Но я не воспринимаю вот это наше поведение, как какое-то невъебенное благодеяние по отношению к человечеству. Это просто база — как должно быть.

Это в глазах людей такое делает нас святыми на Земле, но то, что мы даём это, а другие не дают, не значит, что мы стали святошами.

Просто у Профа есть набор моральных ценностей и принципов, которые мы все разделяем — ну, я думаю, что все. И это побуждает его пытаться строить нормальное общество, а не тот бордель, который устраивают какие-то другие КДшники, например, Пиджак или Лимон.

Как всё устроено у тамбовцев я ещё не знаю, но не думаю, что там всё сильно иначе, чем в Ростове или городах-данниках Тамбова.

Да и есть косвенный признак — слова Синего. Он же был искренне убеждён, что мы почти ничего не теряем от того, что будем выплачивать дань — в конце концов, за всё будут расплачиваться нормальные люди.

«Как обычно, короче», — подумал я. — «Нет, какие же они, всё-таки, уроды — что ростовцы Пиджака и остальных, что тамбовцы Брома…»

Устанавливаю пулемёт на бронированный борт башенки и активирую ИК-зрение. До Волгограда путь неблизкий, опасность подстерегает на каждом шагу, а у нас тут куча беззащитных людей на борту…

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 8 августа 2027 года*

— Встречаю тебя, как сына! — воскликнул Щека и крепко обнял меня.