— Ещё что-то? — спросил Проф.

— Нет, — покачал головой майор. — Пойду менять программу…

— Давай, удачи, — пожелал я ему.

Вообще, у меня сложилось впечатление, что мы до этого занимались хернёй и практически забивали на ополчение, а это ведь, какая-никакая, но сила.

Ронин сфокусирован на том, чем он занимался почти с самого начала зоошизы — операциям с КДшниками. У него очень низкое мнение о нормальных людях, причём небезосновательное — любого ополченца отправь на любое задание в дичи и сразу можно быть уверенным, что ему крышка. С какой угодно подготовкой, с каким угодно вооружением, он умрёт — других исходов не будет.

Да даже КДшники — мы же постоянно получаем травмы, потому что звери реально опасны и умны. Любой спецназовец с 500-летним опытом, неизбежно, получит боевую травму и выйдет из строя на месяцы, а может и навсегда.

Наше главное преимущество, имеющееся с самого начала и до сих пор актуальное — это форсреген. В этом наш главный смысл и наша главная ценность, как боевых единиц. А всё остальное, чем мы располагаем — это лишь бонусы.

— Что говорит дроновая разведка? — спросил Фазан. — Ростовчане активничают?

— Конечно, — кивнул Проф. — Они поставили новый опорник в Волгодонске.

— Опять? — удивился я. — Не извлекли никаких уроков из прошлого?

— Сейчас у них другое руководство, — ответил на это Ронин. — Пиджак бы не поставил новый, но Лимон не имеет никаких психологических травм, связанных с Волгодонском, а опорник ставить нужно, потому что это оправданно стратегически. Им всё так же жизненно важно контролировать трассы, поэтому опорник в Волгодонске практически неизбежен.

— Да это я понимаю, — поморщился я. — Но я думал, что сделал им однозначный намёк, что лучше там ничего больше не ставить…

Там ведь всё было предельно понятно и очевидно мало-мальски компетентному специалисту — я пришёл один, убил там всех, ограбил тела и сжёг их в VIP-сауне, а затем загрузил всю добычу в машину, включая крупнокалиберный пулемёт, и уехал домой.

— Не поняли, — покачал головой Проф. — А может, поняли, но иначе не могут, потому что боятся, что свои воспримут это, как слабость.

— Мне снова наведаться к ним? — спросил я.

— Не нужно, пока что, — ответил на это Проф. — Для тебя есть другая задача — необходимо сходить в рейд средней длины на север, чтобы посмотреть, чем занимаются те неопознанные ребята. Мы знаем, что они грабят все встреченные поселения и потом возвращаются на север, попутно убивая атакующих их зверей, но надо посмотреть поближе и проследить за тем, куда именно они возвращаются.