Наши GoPrо и карту памяти с записями битв против лютиков и Улыбашки уже давно в Волгограде, поэтому сегодня мы делаем новый контент на новых камерах.

Я до сих пор считаю такой вид развлечения населения неоднозначным. Когда это было показано в первый раз — окей, нужно было добиться того, чтобы население не роптало и понимало, почему именно нас так обильно и вкусно кормят, но вот всё, что потом — это уже не совсем окей.

Теперь это отдельный вид контента — люди с удовольствием смотрят, как мы убиваем зверей и людей, без прикрас, с почти полным погружением…

Это всё ещё лучше, чем гладиаторские бои, как в Питере, но это нельзя назвать здоровым контентом.

Муравей ушёл в лес и подпалил там заранее заготовленные заряды, которые должны взорваться с интервалом по десять секунд, а затем побежал к фейерверкам.

Мы решили действовать наверняка, поэтому пропустить звуковое и визуальное уведомление у Кабана не получится. Он точно узнает, где мы находимся и обязательно нагрянет, потому что это звучная пощёчина по его самолюбию — чужаки на его территории.

Муравей вернулся на полянку и залёг на своей стрелковой позиции.

Один за другим, подорвались тротиловые заряды, размещённые на деревьях — это нужно, чтобы звук разнёсся как можно дальше. Затрещали падающие сосны и берёзы…

А затем в небеса взмыли салюты, которые я выменял у одного из эвакуируемых гражданских — пришлось отдать за них целых три «Сникерса» и одну золотую монету.

Высоко в небе взорвались заряды, запущенные пиротехнической мортирой — они двухэтапного подрыва, то есть, сначала происходит взрыв, разбрасывающий специальные компоненты, которые вызывают второй взрыв, но уже объёмный.

«Красиво…» — подумал я, смотря на феерию пламени в вечернем небе.

Всего Муравей поставил восемь мортирок, которые шикарно и ярко отстрелялись, а затем лесная поляна погрузилась в напряжённую тишину.

«Такого вызова его образу жизни и традиционным ценностям Кабан точно не пропустит — я думаю, он придёт лично», — подумалось мне.

— А если их будет слишком много? — спросил Муравей по рации.

— Нет такого понятия, — ответил я. — Ты должен вывезти любое количество свиней. И Кабана, конечно же.

— Окей… — сказал Муравей.

Похоже, что ему вообще не комфортно — наверное, он ожидал, что жизнь КДшника крута и полна приключений. И она, сука, действительно крута, и полна приключений — только у нас разное понимание этих слов.

«И это он ещё против других КДшников по-серьёзному не сражался», — подумал я. — «Вот где хардкор и абсолютная непредсказуемость».

Следующие минут двадцать ничего не происходило, а затем я увидел многочисленные тепловые пятна в двух километрах к северо-западу от нас.