А Проф сумел вырваться из города только сегодня — был смертельно занят административно-хозяйственными делами, и мы с самого утра занимаемся чем-то, что очень сильно похоже на гринд.

Нарк передал нам данные о девяти группах зверей — трёх стаях лютиков и шести стаях собак.

Нам пришлось бегать по окрестностям и убивать их. Вернее, я просто был рядом, а Проф убивал их — моя роль тут сводится только к обнаружению стаи.

Хватаю туши двух лютиков за хвосты и волоку их к ближайшему фонарному столбу.

— Подгоняй тачку, — приказал я Профу. — Меня уже заебало шастать по сельской местности, как гонимый…

Пока мы в рейде, я тут капитан — правило соблюдается неукоснительно.

Проф сбегал за «Газелью», на которой мы приехали к станице. В ней лежат туши четырёх собак, которых мы завалили по дороге сюда.

«Девять лютиков — это неплохой улов», — заключил я, рассмотрев место побоища.

Проф порубил их в ближнем бою, с помощью гематитового меча, сроком годности до 4 часов.

Мы все недооценили эти профовские мечи, потому что прочность у них на уровне инструментальной стали, а острота, как у скальпеля — это хорошее оружие, но не абсолютное.

«Газель» остановилась у фонаря, а я продолжил выпускать кровь из этих шерстяных туш.

Мясо пойдёт на прокорм Фронтира — преимущественно КДшников.

Замечено, что нормальным людям всё тяжелее и тяжелее усваивать мясо зверей, что связано с ростом энергетического уровня у окрестных тварей.

Твари жрут друг друга и размножаются, детёныши тоже, как мы поняли, с интерфейсами, поэтому качаются с рождения.

Мутации у них выпадают тоже разные, как и у нас, поэтому каждый лютик хоть как-то, но отличается от другого.

Наверное, это как с людьми — внешне мы выглядим примерно одинаково, отличаясь только деталями, но есть среди нас и те, кто отличаются мутациями очень сильно — таких мало и встречаются они редко.

То есть, интерфейс не делает между нами различий и всё исходит только из уровня интеллекта — это моя теория.

Когнитивные способности у зверей очень ограничены, поэтому выбор способностей у них примитивен и предусматривает только что-то тупое — например, броню на туловище или по всему телу. Очень редко они выбирают что-то новое — например, ядовитые когти или плевание кислотой.

Но естественный отбор должен расставить всё на свои места, поэтому можно ожидать, что самые рисковые звери, выбравшие случайно убойные способности, постепенно вытеснят тех, которые решили не рисковать и выбрали что-то тупое, но зато понятное.

«Только вот как в эту концепцию влезают такие твари, как Кот, Зверь, Медоед или Змей?» — спросил я себя, снимая шкуру с альфа-лютика. — «Они были слишком сильны, поэтому точно не встраивались в „баланс“ биосферы. Наверное, в конце концов, они были обречены либо мигрировать, как броники в тайге, либо подыхать от голода».