И тут я услышал незнакомый голос, а затем и увидел пожилого мужчину лет шестидесяти пяти, чем-то напоминающего мне Геннадия Зюганова. Может, это был его брат или какой-нибудь родственник? Всё возможно.

— Александр, как понимать ваше поведение? Это непозволительно! Вас что, не инструктировали, как нужно себя вести в поездке? Или вы в первый раз за границей? — нёс какую-то чушь он.

«А вот это ты уже зря, дядя. Интересно, откуда этот бульдог с носорогом нарисовался, х*й сотрёшь? Раньше я его не видел. Видимо, какой-то высокопоставленный чиновник из правительства решил прогуляться вместе с командой и порадоваться нашему выходу в финальную часть молодёжного первенства Европы», — пронеслась мысль при виде неприлично полного незнакомца, облачённого в дорогой найковский спортивный костюм.

— Подожди, Генрихович, — сказал я тренеру и, обойдя его, приблизился к чиновнику.

— Дядя, ты кто такой, чтобы тут вякать и учить меня жизни? — довольно грубо начал я. — Шёл бы ты отсюда. А с руководством команды я как-нибудь сам разберусь. Мы здесь все свои, — и, поглядев на Бородюка, спросил: — Правда, Александр Генрихович?

— Да что ты себе позволяешь, щенок⁈ — пробасил мужчина, захлёбываясь от возмущения своей слюной. — Да ты знаешь, кто я такой! Да я тебя…

Не договорив, он со злобой сжал свои кулаки и потрясал ими перед собой. Видимо, при свидетелях он побоялся угрожать мне.

Я незамедлительно приблизился вплотную к нему и с презрением выплюнул слова в его жирную наглую рожу.

— Да мне насрать кто и что ТЫ такое. Понял?

В просторном холле с колоннами наступила полная тишина. Лишь были слышны негромкие разговоры на португальском и гневное дыхание чиновника, по звукам напоминающее сопение старого паровоза, удерживаемого на запасном пути. Я отошёл на несколько шагов назад и с улыбкой оглядел мрачные лица сотрудников команды.

— Да ладно вам! Ничего же не случилось! Погулял по городу, пообщался с людьми и вернулся живым и здоровым, — широко улыбаясь, заявил я. Но никто из присутствующих не спешил улыбаться. Они смотрели то на меня, то на двойника Зюганова. Ловить здесь было больше нечего. Я развернулся и пошёл в сторону лестницы, на ходу добавляя: «Я в номер. И вам советую расходиться. У нас ведь скоро завтрак».

Поднимаясь по лестнице, я услышал позади себя голос Бородюка.

— Сань, тормози, — и, поравнявшись со мной, он спросил: — Что-то случилось?

— Случилось. Мы идём дальше. До Олимпиады остался всего один шаг, — улыбнулся я и приобнял его за плечи, а про себя подумал: «Незачем тебе знать мои печали. В этой ситуации ты не сможешь мне помочь. Никто не сможет. Это решают только Высшие силы».