— Его подружки ни при чем, — заметил Карелла.

— Вот как? Значит, что-то новенькое? Возникли обстоятельства?

— Да. Этой ночью убили еще одного таксиста.

— О…

— Вы не знали?

— Нет.

— Но по телевизору уже передавали.

— Так я же спал.

— Да, конечно…

— Тоже мусульманин?

— Да.

— И снова на стекле?..

— Да. Снова еврейская звезда на ветровом стекле.

— Нехорошо все это. — Кираз покачал головой. — Все эти убийства, взрывы…

— Мистер Кираз, — начал Мейер, — не могли бы вы сказать нам, где находились в три часа ночи?

— Когда это случилось, да?

— Да, именно в это время все и произошло.

— Где?

— А вот это вы нам сейчас сами скажете, — пробормотал Карелла. Кираз оглядел детективов по очереди.

— Что все это означает? — спросил он.

— Как вы узнали, что вашему кузену стреляли в голову? — спросил Мейер.

— А ему в голову стреляли?

— Так вы сказали Дженеро и Паркеру. Сказали, что вашему кузену прострелил голову какой-то еврей. Откуда вам было знать?..

— Так, значит, и прошлой ночью в таксиста стрелял еврей? — спросил Кираз. — Прямо в голову?

— Нет. Два выстрела в лицо, — ответил Карелла.

— Я задал вам вопрос, — выпрямился Мейер. — Откуда вы это узнали?

— Я видел тело.

— Вы видели тело вашего кузена?..

— Ходил вместе с тетей забрать тело Салима из морга. Ну, после того как ваши люди с ним закончили.

— И когда это было? — спросил Мейер.

— На следующий день после его смерти.

— Стало быть…

— Я сопровождал тетю в морг. Затем мы отвезли кузена на «скорой» в мечеть, где тело обмыли, как велит закон ислама. У мусульман, знаете ли, свои традиции и обычаи. У религиозных мусульман. Очень много обычаев.

— Насколько я понял, вы не слишком религиозны.

— Теперь я американец, — ответил Кираз. — И больше не верю в старый образ жизни и все такое…

— Так что вы делали в мечети, обмывали тело кузена?..

— Тетя попросила меня пойти с ней. Вы ее видели. Видели, как она расстроена… Вот я и пошел. Семейный долг. Так у нас положено.

— Вы вроде бы только что сами сказали, что не верите больше в старые традиции, — заметил Карелла.

— Не верю в религиозную муть, — заявил Кираз. — И пошел с тетей, чтобы помочь ей. Она женщина далеко не молодая. И осталась одна-одинешенька, после того как убили сына. Вот я и пошел, чтобы поддержать ее.

— Значит, вы обмывали тело…

— Не я. Имам обмывал.

— Но вы присутствовали при обмывании, так?

— Да, я там был. Он обмывал тело три раза. Это потому, что так записано в Священной книге. Когда дочь Мохаммеда умерла, он велел своим ученикам обмыть ее тело трижды. А если понадобится, то и больше. Пять, семь раз и так далее. Но это всегда должно быть нечетное число. Ни в коем случае не четное. Вот поэтому я и называю все эти религиозные правила бредом собачьим. То же самое относится и к обертыванию тела тремя простынями. А все потому, что когда Мохаммед умер, его самого обернули тремя покрывалами. Белоснежными, из Йемена. Так записано в Коране. Бог, видите ли, запрещает обертывать тело мусульманина четырьмя простынями! Нет-нет, ни в коем случае! Их должно быть именно три. Но если потом для обвязывания тела в простынях понадобится четыре веревки, а не три, пусть их будет четыре. И каждая должна быть длиной семь футов. Не три, не четыре, именно семь! Ну, вы понимаете, что я хочу сказать. Все это чертова бредятина, ничего больше!..