— Ладно… в моем случае верна поговорка: война план покажет. Главное ввязаться в битву, а там будет ясно в какую сторону грести. И для начала мне нужно обзавестись новой одеждой…

Магазинов правда в округе не наблюдалось, увидел только вывеску парикмахерской на двухэтажном кирпичном доме, потому он двинулся по дороге в надежде поймать попутку, что его подвезет к более цивилизованным местам, а с интенсивностью движения, по крайней мере здесь, тоже имелись некоторые проблемы. Ездили в основном на велосипедах, да инвалид без обеих ног куда-то катил на коляске с двумя рычагами, коими он активно двигал вперед-назад для движения.

Вокруг бегала ребятня играя в какие-то свои игры. Взрослых почти не было видно, но оно и понятно, все на работе, лишь время от времени встречались бабки и изредка старики, да калеки, без ног и рук, что провожали Дмитрия хмурыми и не слишком трезвыми взглядами.

— Эй, пацан… — окликнул Дмитрий паренька лет тринадцати, куда-то спешно топавшего с сосредоточенным видом.

— Чего?

— Где тут у вас рынок, ну или магазин, где одежду новую купить можно?

— Через три улицы и направо, там сразу видите.

— Спасибо.

Рынок располагался на границе районов, условно деревенских и собственно городских домов, тех самых четырехэтажек и являлся он колхозным о чем сообщала вывеска над входом. Внутри стояли крытые торговые ряды, одни продуваемые всеми ветрами, а другие в виде полноценных магазинчиков с остеклением. В открытых рядах торговали в основном овощами и зеленью, да рыбой. В магазинчиках вели торговлю промтоварами от гвоздей до радиоприемников.

— Не подскажете, где тут одежду прикупить можно? — поинтересовался он у женщины неопределенного возраста.

— Это вон там… в конце ряда…

— Спасибо.

Направившись по указанному направлению, Носов прошел мимо очереди с бидонами и большими бутылками в сумках выстроившейся в молочный отдел. Там продавщица в несвежем переднике большим черпаком разливала молоко, черпая его из большого бидона. Очередь напряженно гудела. Как понял Дмитрий молока не всегда хватало всем страждущим, да и на качество претензии были.

— Что-то молоко совсем какое-то жидкое стало… — сварливым голосом произнесла одна из теток. — Водой бодяжите!

— Ничего не бодяжим!

— А я говорю, что бодяжите! На вкус какое-то пресное совсем! Обратом* отдает!

*.То, что остается от молока, после процесса сепарации — отделение сливок.

— Не нравится — не покупай!

Толпа возмущенно загудела.

«Но зато все натуральное, — чуть поморщился он, вспомнив почитателей советского прошлого, что буквально фанатели по СССР. — Натуральный крахмал и мука в сметане, кофе из жженого хлеба… или из чего его там делали?»