К тому же он не припомнил в истории ни одного прецедента, а самому прокладывать торную дорогу, так себе вариант, ведь будет только одна попытка и допусти он хоть одну ошибку, все рухнет с фатальными для него последствиями. Опять же не лежала у него душа связываться с преступными миром так плотно.

— Да и не потяну я такой масштаб…

Дмитрий продолжил с сосредоточенным видом жевать пирог прихлебывая пиво.

— Чьих будешь? — спросил какой-то мелкий мужичок неопределенного возраста, но в районе так шестидесяти лет, что присел за его столик, тоже с кружкой пива и сушеной воблой.

— Свой собственный, — на автомате ответил Дмитрий и невольно встрепенулся.

Давно ему не задавали такой вопрос. Собственно в детстве и задавали, взрослые, да и то больше в шутку, вот он и ответил, как тогда. Потом он обошел стороной все эти молодежные разборки с драками район на район.

«Черт! — мысленно ругнулся он, вглядевшись в мужичка, что в свою очередь смотрел на него с легким прищуром. — Не простой мужичок…»

Что-то в нем было неправильно, но что именно, вот так сходу и не скажешь.

— Вот оно как…

Взгляд соседа по столику мазнул по рукам Носова.

И тон, с каким были произнесены, Дмитрию тоже сильно не понравился. Этакое наигранное удивление пополам с угрозой.

Носов в ответ автоматически посмотрел на руки непонятного соседа. С ними тоже было что-то не то.

«Грязи под ногтями нет! — наконец осенило его. — Это не пальцы работяги с завода или колхозника. Кожа гладкая… чистая… мозолей нет… Следов от чернил тоже нет, сейчас ведь перьями пишут, не замараться невозможно, так что он не конторский работник. Сами ногти ровные… даже шлифованные! Для начальства, даже мелкого, слишком просто одет, даже потерто как-то».

Вот что поразило Дмитрия — маникюр у какого-то мужика! Такое в это время увидеть как-то неожиданно. Даже мысля о его нетрадиционной ориентации мелькнула, но он тут же ее отбросил. Не похоже. Хотя, конечно, кто их знает в действительности. Сам-то он привык судить об этих извращенцах больше по карикатурным изображениям, этакие слащавые особи мужского пола, то и дело манерно произносящих: «Мужлан» или «Противный». Метросексуалом или там пожилым денди его тоже не назвать, не тот общий образ.

Носов невольно посмотрел на свои мальцы.

«Ё-моё!» — воскликнул он мысленно, наконец сложив два плюс два и получив соответствующий результат.

Его руки тоже нельзя было назвать руками рабочего человека от слова «совсем». Результат возрождения, тоже ни мозолей, ни намертво въевшейся грязи рабочего. Ну и за ногтями следил, не обкусывал, грязи не допускал, хотя до шлифовки конечно дело не доходило.